Книга Край заблудших, страница 89 – Ксения Левонесова

— Город сходит с ума, – прервал я Зиму. – Нам нужно выбраться. Сейчас.

— Мы все еще не знаем как, – ответила Дита.

— Каин должен знать. Я все понял. Наверное, понял… Имена не даются просто так. Он сам дал имя себе и брату – Авелю. Вы помните, откуда эти имена?

Друзья не ответили, даже головой не покачали, погруженные в мысли. Я же погрузился в свои.

— Каин убил своего брата. Тот, из книги. Возможно, наш Каин поступил так же. Он убил его и пожалел об этом. Как-то попал в мир мертвых, не умирая, – прямо как я. Просто последовал за зовом сердца. Это бы объяснило, почему он многое помнит. Он, как и я, был жив, спустился сюда по своей воле. За сто лет он что-нибудь бы выяснил. Если кто и знает, как выбраться, – только он. Но сам он убраться отсюда не мог – его брат мертв. Каин предпочел остаться с ним.

— Это всего лишь догадки, – возразил Зима.

— Имена не даются просто так. Каин не выбрал бы пустышки, он закладывал в имена смысл. И тот смысл, который предположил я, объясняет все! Нужно идти к ним.

— Тебя убьют.

— Кто? Люди сошли с ума. Их накрыло волной памяти.

— Я не вынесу, если тебя опять попробуют убить. Это может сделать и Каин, и кто угодно! – Дита вцепилась мне в предплечье.

Я в ответ поднял ее руку, сдернул рукав.

— Где шрамы, Дита? Зима сказал, что ты резала себя. Где? Как быстро они зажили? Мы должны торопиться, иначе застрянем здесь!

— Застрянем – ну и пусть! Зато мы будем вместе. А если ты выйдешь, а я…

У нее в глазах вновь появились слезы. Я не привык видеть Диту плачущей. В ней всегда было слишком много азарта, веселья, жажды авантюры. Как так быстро она поменялась здесь? Не из-за того ли, что постепенно становится все более мертвой?

— Мы пойдем. Сейчас, – твердо сказал я и почти силой вытащил ее на улицу.

Казалось, мы пробыли в доме всего несколько минут, но за это время город преобразился. Он горел. Наш дом стоял в отдалении, может, только поэтому пламя не перебросилось на него. Фабрики, дома, замки: все пылало. Люди обливали алкоголем стены и кричали от злости, прыгали вокруг огня. Кто-то бросался прямо в него, а через несколько секунд выбегал, обгоревший, падал на землю и лежал неподвижно – желая, но не умея умирать.

Дита замерла, закашлялась от дыма, дошедшего до нас.

— Куда идти? Город горит!

— Каин должен быть у себя.

— Если только его дом не сожгли…

Мы двинулись к главному зданию стороной, стараясь держаться подальше от огня.

Тот охватывал здания с легкостью, будто изголодавшись. Люди прыгали вокруг, сжигали свою рабочую форму.

— Он заставлял нас работать! Ради чего?!

— Прочь! Прочь!

Были и те, кто без интереса наблюдал за всем этим безумием.

— Эти тоже скоро перебесятся, – прошептала Дита. – Будут сидеть бездушными камнями. Я видела таких в других городах. Здесь люди хотя бы думали, что счастливы… Что живут…

Я крепче сжал ее руку.

Дом Каина не горел, хотя все вокруг полыхало. Стоял ледяной глыбой, неприступным замком. С десяток работяг пытались разбить окна, но те не поддавались даже ударам камней.

— Что вы делаете? – спросил я у одного из них.

— Хотим убить его! За обман! За иллюзии!

Я отвел Диту подальше от этих сумасшедших.

— В дом не войти, если Каин не пожелает нас впустить.

— Постучи, вдруг откроет, – предложила она.