Книга Край заблудших, страница 78 – Ксения Левонесова

Птица взмахнула крыльями, и я заторопился: набросил ей на шею узду, запоздало спросив себя – не задушит ли?

Птица испуганно вскочила, снова взмахнула крыльями. Меня потащило по земле – веревка была достаточно длинной – и через несколько десятков метров подняло в воздух. Сзади заулюлюкали, провожая отчаянного глупца. Вряд ли кто-то подумал, что увидит меня еще хоть когда-нибудь. Стану городской легендой. «Дурак, оседлавший птицу».

Веревка больно впилась в живот и ноги – все-таки неудачно примотал. Я вцепился в нее руками, перенеся почти весь вес на них, чтобы ослабить боль. И только тогда посмотрел вниз…

Трубы, крыши, человечки-муравьишки пролетали под ногами. Будто я вновь был на трубе Элая, только она была выше, к тому же двигалась. Птица летела в сторону реки. Еще одна запоздалая мысль – что же они все опаздывают? – если птица захочет опуститься, меня окунет в мертвую воду. Я умру. Если недостаточно высоко поднимется над деревьями, я врежусь в стволы и умру. Еще меня может расплющить о скалы, и тогда я…

Граница раскинулась вверх серым туманом и стала еще одним моим страхом – вдруг влетим в нее? Нет, движемся мимо. Поля остались за спиной. Впереди – лес, за ним – высоченная гора. Кажется, мы летели как раз к ней.

— Эй, поднимись выше! – крикнул я птице, не особо рассчитывая, что она послушается. Что уж говорить о птице – меня переставали слушаться даже руки.

Лес мелькал под ногами. С земли всегда кажется, что птицы медленные. С высоты все иначе. Уши закладывает от ветра, и не слышно ничего, кроме шума. Будто едешь на велосипеде. Или в машине с открытыми окнами. Я ехал так однажды…

Холодно. Было жутко холодно, потому что нельзя надеть куртку – она скрывала наш подарок. Меня усадили на заднее сиденье, отдав почетное переднее место женщине со снимка. Мужчина сидел за рулем.

Женщина любит кататься с открытыми окнами, она будто бы никогда не чувствует холода сама. Но о своей невосприимчивости она всегда помнит и то и дело спрашивает у нас: «Мальчики, вы не замерзли?»

Мальчики – это мы с мужчиной. Он каждый раз улыбался от этого обращения.

В этот раз мы открыли окна. У нее завтра день рождения. Мужчина заранее привел меня в цветочный, чтобы выбрать букет, и мне захотелось подарить самые красивые цветы – лилии. Оказалось, что они еще и самые пахучие. Чтобы не раскрыть наш подарок раньше времени, мы сидели в машине и терпели невероятный холод, которому женщина только радовалась. Ветер скрывал аромат букета.

– Мальчики, вам не холодно? – по обыкновению спросила она, и я в ответ мог только простучать зубами что-то невнятное. Мужчина отмахнулся, и мы продолжили путь. Холодный вечерний ветер задувал в уши, заглушая даже музыку.

Мы оба терпели, потому что любили ее. Так любили, а теперь я даже не могу вспомнить, кто она!

Доехали до дома. Она была в прекрасном настроении. Я заледеневшими пальцами стянул с букета куртку и даже не понял, что натворил. Женщина увидела его, и наш сюрприз накрылся медным тазом. «Все страдания зря», – подумал я. Но женщина так впилась в нас объятьями, что я невольно засмеялся. Она все поняла: почему мы не закрывали окна, почему позволили ей превратить нашу машину в филиал Северного полюса. Она все поняла и оценила наши страдания даже больше, чем сам букет.

В тот вечер я обморозил уши, но был невероятно счастлив.