Книга Черная Панна, страница 53 – Екатерина Стрингель

— Теперь можно и в лабораторию, – мысленно подытожил кот и погарцевал в переноску с иллюминатором, пока Настя пыталась отойти от шока и держалась за Бориса, чтобы не упасть в обморок.

Из переноски донеслось мерное сопение.

Каспер, то есть Настин отец, проспал целый час, пока они добирались до лаборатории по заснеженным дорогам. Соль и песок ничуть не спасали ситуацию, лишь создавали рыхлую кашу, от которой колеса BMW буксовали и постоянно срабатывала защитная система от заносов.

Лаборатория находилась в старом корпусе Академии наук на Уручье, здание, облицованное неровной плиткой, настойчиво просилось на капитальный ремонт. Арсений договорился с администрацией Академии, и сторож пустил Настю, Бориса и Лену без лишних слов.

Кабинет выглядел ровно таким же, каким Настя видела его во снах: старый деревянный стол, монитор с большим кинескопом и беспорядочная груда бумаг. Пахло хлоркой, пластиком и антисептиком, от которых Насте тут же захотелось чихать. Вот только дверь в лабораторию стояла вполне обычная, белая с потрескавшейся краской, и не спешила становиться королевским массивом с лепниной и позолотой.

Кот выпрыгнул из переноски и забегал по кабинету, возмущенно причитая в мыслях.

— Все мои вещи и документы убрали, ничего не найти теперь!

— Пап, ты отсутствовал шесть лет, конечно, они все убрали, – мягко сказала Настя, стараясь его успокоить. Свыкнуться с мыслью, что ее два любимых существа, отец и кот, стали неделимым целым, оказалось сложнее, чем она думала. – Может, есть какой-то архив, куда это все унесли?

Они позвали сторожа, и он проводил по пустым темным коридорам в небольшую комнату, похожую на подсобку, где хранились документы по приостановленным проектам, и ушел, чтобы не мешать. Насте оставалось только догадываться, чего стоило Арсению договориться так, чтобы дали полную свободу действий.

В архиве пахло пылью и затхлостью, на каждом ящике стояли номер и подпись, кому принадлежал проект. Через полчаса поисков с фонариком Лена радостно вскрикнула, найдя большую коробку с надписью: «Савицкий Сергей Михайлович, старший научный сотрудник отделения астрономии».

Они вернулись с коробкой в кабинет, и, пока пытались ее открыть, Каспер лег на стол и стал вылизывать заднюю лапу, подняв ее. Листы и документы он сбросил на пол. Настя по привычке посмотрела на него укоризненно, выпалила: «Каспер!» – и тут же осеклась.

— Что? Мне эта макулатура мешала. – Кот продолжил самозабвенно вылизывать лапу, растопырив пальцы с когтями.

Аккуратно собрав документы и положив их на край стола, Настя поставила рядом коробку из архива. Затем открыла крышку под любопытные взгляды Бориса, Лены и Каспера. Глаза последнего загорелись, и он тут же нырнул в коробку, усевшись мохнатой попой на важные бумаги.

— Кошачьи инстинкты пальцем не задавишь, – захихикала Лена и помогла Насте извлечь сопротивляющуюся тушку из коробки и посадить на стул.

Настя достала толстую папку с документацией по проекту. Она предвкушала увидеть серьезные увесистые труды отца на тему космоса, но то, что там оказалось, поразило ее, и она подозвала коллег. Почти весь текст в папке, за исключением нескольких координат, оказался тщательно закрашен черным маркером, словно там хорошенько потрудился комитет цензуры. Сергей Михайлович тоже подбежал на мягких лапах, запрыгнул на стол и, увидев это, издал громкое отчаянное «мя-я-яу».