Книга Духи Минска, страница 43 – Екатерина Стрингель

Ранним утром понедельника позвонил Борис и сказал, что нужно заменить Лену. Отказы и возражения не принимались, поэтому Настя послушно собралась и поехала в другой конец города вместо своего маршрута.

Настя созвонилась с Леной и обсудила детали. Она старалась вести себя естественно, но Лена все же что‐то заподозрила.

— С тобой все в порядке? Ты какая‐то потерянная, – сказала она хриплым голосом.

— Да нет, все хорошо. – Настя немного поколебалась и все же спросила: – Лен, скажи, когда ты ездила в «Стрелу», ничего странного не замечала?

— Кроме королевы ада Раисы Георгиевны? – с насмешкой ответила Лена.

— Да, кроме нее.

— Так, а что ты имеешь в виду? Ты что‐то видела там? – голос Лены стал непривычно серьезным и даже зловещим.

— Я не знаю, что я видела. И это сводит меня с ума. И поделиться не с кем, – растерянно промямлила Настя.

— А приезжай сегодня ко мне на обед: я уже не заразная, честно.

Настя, недолго думая, согласилась, положила трубку, а потом ее охватили мелкая дрожь и паника.

«Как мне объяснить живому человеку, что я видела, и не загреметь в психушку?»

Деревянный дом с коричневой черепичной крышей находился в частном секторе прямо в черте города. Горстка двухэтажных домиков смотрелась очень смело на фоне целого квартала блочных многоэтажек, возвышающихся над ними. А еще страннее там выглядели маленькие грядки с укропом и салатными листьями посреди ровного газона. В доме по нужному адресу стояли пластиковые окна, а вдоль забора росло несколько десятков туй высотой с Настю.

Жизнь в частном доме накладывает отпечаток на поведение людей: они свободнее, громко говорят и не боятся шуметь даже ночью. Лена была как раз из таких: громкая, простая и совершенно уверенная в себе. Насте очень нравилось это в ней, потому что в себе этих качеств она никогда не могла найти.

Лена открыла дверь и жестом пригласила внутрь. Несмотря на жару, на ней были толстый оранжевый свитер грубой вязки и спортивные черные штаны. На ногах – домашние тапочки с изображением кошачьих лапок, а из-под рукава свитера выглядывал тот самый браслет из камней, который Настя уже видела на собрании.

— Проходи.

— Как самочувствие? – Настя протянула ей пакет.

— Ой, спасибо! Не надо было. Я ж сама тебя пригласила. – Лена заглянула внутрь пакета. – Грейпфруты? Неожиданно. Обычно все тащат апельсины.

— Моя мама всегда говорила, что в грейпфруте витаминов гораздо больше, чем в апельсине, – сказала Настя и осеклась, грустно уставившись на пакет.

— Да? Моя мама мне ничего такого не говорит. Она переехала в Швейцарию пять лет назад с новым мужем. Она не лезет в мою жизнь, я не лезу в ее, – хмыкнула Лена и понесла пакет на кухню.

— Ты одна живешь в доме? – Настя рассматривала холодильник, обильно увешанный магнитиками из разных стран.

— Нет, конечно. Я живу с бабушкой и котом. О, вот он. Косяк, кис-кис-кис!

На кухню приковылял пушистый рыжий кот, подошел к ногам Лены и начал тереться о них. Затем устроился на подоконнике и начал наблюдать.

Лена поставила перед Настей тарелку со щавелевым борщом и положила в него большую ложку сметаны. Настя редко готовила супы, но с удовольствием ела их вне дома. В детстве она их терпеть не могла, считала бесполезной едой, которой не наедаешься. Зато сейчас старается есть их при любой возможности. То же самое с грибами, оливками, сыром с плесенью. Раньше она не могла их есть, а сейчас – любимые деликатесы. Грибы, жаренные с чесноком и сметаной, оливки с лимонной начинкой. Сыр с благородной голубой плесенью или камамбер в белой плесени, и обязательно с медом, виноградом и орехами.