Книга Светлейший князь, страница 107 – Роман Злотников

— Ладно, Томсон, я в штаб. Не скучайте тут без меня.

— Не беспокойтесь, сэр, – снова криво ухмыльнулся шотландец. Но лейтенант его уже не слышал…

Ближе к обеду ветер начал крепчать, а температура быстро падать. Так что идущий с утра дождь постепенно начал заменяться мокрым снегом. Баронет, всё это время просидевший у своего приятеля энсина Колльза, разделив с ним бутылочку рома, которую он выменял у одного из моряков на русскую каску, подобранную им на разрушенном редуте у той мелкой крымской речки, название которой он так и не запомнил, засобирался в расположение.

— Ты куда? – удивился виконт. – Погоди – у меня есть ещё бутылочка джина. Продолжим греться. Чёрт бы побрал эту задницу мира – тут даже с дровами проблема!

— Нет, – с сожалением отказался лейтенант, – надо идти. Ветер усилился. Надо проверить, как закрепили палатки. Оставаться в такую погоду под открытым небом как-то не хочется.

— Это точно, – вздохнул энсин.

С палатками всё оказалось в порядке. Капралы и сержанты знали своё дело, так что к прибытию лейтенанта все палатки обзавелись дополнительными растяжками, а колья были забиты в мёрзлую землю куда глубже. Но к вечеру снег усилился, а ветер стал ещё более сильным, превратившись в настоящий ураган, так что к двум часам ночи над лагерем коалиционной армии разразилась настоящая снежная буря…

Лейтенант, и так из-за рёва ветра спавший плохо, регулярно просыпаясь от хлопков парусины во время сильных порывов, вынырнул из сна от особенно громкого хлопка, а в следующее мгновение он вынужден был вскочить из-за того, что полотнище палатки, укрывавшей его от буйствующих стихий, внезапно взлетело вверх и исчезло где-то в ночной мгле. На Бакли, перед сном снявшего шинель, обрушился ледяной дождь, в мгновение ока промочивший всю его одежду

— Дьявол! – зло взвыл лейтенант и принялся лихорадочно шарить руками по сторонам. Он лёг спать, не раздеваясь, за что был себе сейчас премного благодарен, но сапоги снял. И сейчас пытался их нащупать.

Сапог нашёлся. Один. Второй, похоже, отбросило ветром. Лейтенант дрожащими от холода руками натянул обувку на левую ногу и выпрямился. Вокруг бушевала снежная буря, но снег был мокрым, отчего влага практически мгновенно пропитывала одежду. Ну а ветер буквально за секунду выдувал из мокрой одежды любой намёк на теплоту. Это был известный эффект – они с друзьями частенько пользовались им, когда возвращались из Эскота или с пирушек на поезде, – стоит обмотать бутылки мокрыми полотенцами и вывесить за окно, на ветерок, как уже через несколько минут они начинали остывать. В любую жару! Здесь же «ветерок» были гораздо холоднее и намного сильнее… Бакли зло зарычал и огляделся. Требовалось немедленно найти потерянный сапог, потому что нога в мокром носке буквально обледенела. Холодные же ноги в такую погоду практически стопроцентно означают инфлюэнцу, а то и грудную лихорадку, результатом которой в данных условиях станет неминуемая смерть! Нет, всё это было вполне вероятным и в том случае, если он даже найдёт сапог, но без него шансов не было вообще никаких.

— Сэр? – Голос ланс-капрала звучал хрипло и с трудом пробивался сквозь рёв ветра.

— Томсон? У меня сорвало палатку.

— Не у вас одного, сэр, – прорычал тот в ухо офицеру. – Сорвало почти все. Три оставшиеся пока удаётся удерживать, подпирая телами и вцепившись в растяжки.