Книга Курсант, страница 22 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Некоторые правила на борту «Циклопа» соблюдались весьма жестко. Еще радовало отсутствие в столовой мастер-сержанта Фляйшера. Скорее всего, у одноглазого мерзавца имеется личная каюта, где он и предпочитает харчиться. Вдоволь наевшись и разузнав невзначай, где тут туалет, называемый гальюном, я вернулся в свою каюту. Двери я запирать не стал. Сел в изголовье койки, стал смотреть в иллюминатор.

Я по-прежнему не просыпался.

Отблески надвигающейся на окраины старого города грозы давно остались далеко позади. «Циклоп» стремительно покорял мили бескрайнего воздушного пространства, стремясь как можно скорее покинуть эти негостеприимные опасные земли. Принесшие столько крови и смертей. По моим внутренним часам казалось, что уже давно должна была наступить непроглядная ночь, однако слабеющие лучики еще не скрывшегося за горизонтом солнца нет-нет да и пронзали укутавший небо облачный полог. Последние прожитые часы растянулись для меня на целые сутки.

Под потолком тускло загорелась забранная решеткой лампочка. А торчащая из стены рядом с дверью переговорная труба ожила, и приглушенный голос гнусаво произнес:

— Двенадцать склянок. Отбой в восемнадцать.

Я сидел и пытался переварить услышанное, напрягая хромающую память. Двенадцать склянок? Если я ничего не путаю, то по корабельному исчислению одна склянка – это полчаса. А поскольку наше воздушное судно определенно приравнивалось к морским, то выходило, что сейчас только… Шесть часов? А снаружи уже почти темень. Насколько я понимаю, в этом мире сейчас было лето, и так рано темнеть не должно. Да, как же многого я не знаю!

А еще через несколько минут в двери тихонько заскреблись.

— Не заперто! – по привычке крикнул я.

Дверь со скрипом приоткрылась, и в мою каморку проскользнула стройная, женственная фигура в серой робе. Лада задвинула дверной засов и уселась на свободную койку. Увидела мой обращенный к сгустившейся за стеклом иллюминатора темноте задумчивый взгляд и спросила:

— Накатило романтическое настроение, Альрик?

Я криво улыбнулся и посмотрел на нее. Большеглазая, стриженная под ноль девушка напоминала отъявленного сорванца в юбке. Она внимательно следила за мной. Ее обветренные губы были поджаты, а в глазах застыло множество вопросов.

— Ты коришь себя за то, что случилось с Сойкой? Понимаю, они с Германом были единственными, кого ты мог назвать в Академии друзьями.

Академия? Наверняка это учебное заведение, где дрессировали таких, как они. Часовых. И того, кем по воле злого рока стал я. Интересно, что еще может мне рассказать Лада? А с другой стороны, нужно ли мне забивать этим голову?

— Есть немного, – односложно ответил я.

А что я еще мог сказать, если узнал погибшего курсанта всего несколько часов назад? Да, я до сих пор находился под впечатлением от пережитого, и мне было по-человечески жаль всех погибших, но… Но это же все нереально, понимаете? Это персонажи моей фантазии. Это всего лишь симуляция настоящего живого мира. Ведь так?!

— Если не хочешь, не рассказывай, – пожала плечиками Лада. – Но предупреждаю, как только Легачёва выпустят из лазарета, он из тебя все подробности гибели Сойки вытрясет. Они ведь дружили еще до начала учебы! Я, если честно, до сих пор в недоумении, что их могло связать с тобой.