Онлайн книга «Аид. Любимец судьбы»
|
Он много чего наговорил, когда до него дошло, что я понял… Он вообще мне обещал морду набить – прямо и безыскусно. Посейдону опять пришлось нас разнимать – чересчур практичного меня и чересчур широко мыслящего нашего предводителя. — Гекатонхейры могут вывернуть наизнанку этот мир! – слова младшего со свистом вспарывали воздух в мегароне. – Поменять небо с землей местами! Если решиться на такое… — Кто тебе говорит о Сторуких?! – шипел я, выкручивая запястье из захвата Жеребца. Потом Зевс понял и вознамерился пойти сам – и тут уже Посейдон выпустил меня и пообещал набить морду младшему. — Оставишь войско перед боем?! – грохотал Черногривый. – А если ты там так и останешься в этой дыре – кто тебя вытаскивать станет? — Кому как не мне? – низко и грозно спрашивал Зевс. – Кому?! Если кто-то и должен спуститься в бездну, то… И вот здесь Ананка решила проявить юмор, сделав своим перстом Геру. Новобрачная совершила то, на что никто другой бы не осмелился: влезла в спор среднего и младшего Кронидов. — Уж кого бы посылать! – выкрикнула она, указывая в мою сторону. – Сам же мне говорил, что он в подземном мире скоро совсем своим станет! Мегарон затопила тишина. Замерла с некрасиво открытым ртом Афина – кажется, она собиралась говорить то же самое. Нахмурилась Гестия, стиснув пальцами горящий на ладошке огонек. Зевс повернулся ко мне – будто только что вспомнил. Посмотрел в лицо. Понял, что еще минута – и я рвану в Тартар вообще без приказа. С безмерно усталым вздохом махнул рукой. — Если ты сможешь, брат. Таната нынче рядом нет, как и Гипноса – не чета первому моему спуску в Эреб. Хотя в тот раз была увеселительная прогулка. В этот… Скрипят под ногами камни. Асфодели грустно качают венчиками: не хотят ложиться под сандалии. Можно было бы махнуть вперед по-божественному, но мне нужно вот так: пешком, с каждым шагом все быстрее, наращивая решимость, стискивая губы, отталкивая глупости, лезущие в голову… Идем вдвоем – я и Судьба за плечами. И мир вокруг словно сминается, как асфодели под ногами; дорога мелькает быстрее… быстрее… Пышет жаром Флегетон, обвиваясь вокруг недостроенного дворца на острове – когда я успел миновать половину Эреба? Огонь побеждает тень. Тень наползает от конечной точки моего пути – и душит огонь. — Почему ты идешь? – вспыхивает внутри вопрос. Дробится, долетая из-за плеч короткими отзвуками – такими же острыми, как и первый. Почему идешь? Почему ты? Почему? На каждый отзвук – сорок тысяч ответов. Вроде «потому что силы неравны» или «потому что отец собирается стереть нас в порошок». Я отвечаю проще: потому что это – ты, моя Ананка. Я прав или нет? Я правильно научился слушать тебя, даже когда ты молчишь? Смешок странный – полный гордости и сдавленного торжества, его не сразу втягивает в себя даже жадная, полная черноты пасть, которая распахивается впереди… Остановиться – значит усомниться. Замедлить шаг – струсить. Все просто. Притормози перед густой и клейкой чернотой, которая уже почти касается лица, – и станешь двадцатипятилетним воином, а не богом, у которого за спиной – два столетия войны. Перед шагом в бездну из-за плеч вновь раздается голос, звучащий нежно, чуть ли не влюбленно: — Однажды, маленький Кронид, тебя назовут Непреклонным… |