Книга Влюбленный капитан, страница 20 – Минерва Спенсер

Сара сделал глоток вина: в сочетании с соленым мясом и сыром было очень вкусно.

— А вашему отцу не приходило в голову покинуть эти гиблые места?

— Родители заболели и вскоре один за другим умерли. К тому времени у меня уже не было возможности уехать, даже если бы я знала, куда податься.

— Как вы оказались на голландском корабле?

Бушар добавил вина в оба бокала и откинулся на спинку стула, скрестив руки. От этого движения рубашка еще больше разошлась у него на груди, и Сара с усилием отвела от него взгляд, уставилась в свою тарелку и приказала себе сохранять спокойствие. Надо воспользоваться возможностью подружиться с ним и попытаться выведать, как он намерен поступить с ней.

— На мою деревню — Нгое — напали работорговцы и взяли в плен всех, кто остался. — Сара пожала плечами. — Я пошла с ними.

Бушар изумленно открыл рот:

— Грааф вас купил?

Сара сердито взглянула на него:

— Как и других. Или вы считаете, что они не заслуживают даже внимания из-за цвета кожи?

Бушар протестующе поднял руку:

— Попридержите коготки, мисс Фишер, я с вами полностью согласен, просто всего лишь хотел сказать, что это странно с его стороны. Конечно, случается, что белых берут в рабство, но Грааф, скорее всего, направлялся в испанскую Флориду, а там продать белую женщину практически невозможно. — Он окинул ее таким взглядом, что не приходилось сомневаться в его значении: «Особенно такую дурнушку, как вы».

У Сары горело лицо от стыда, но она постаралась не обращать внимания на такие мысли. Какая разница, как она выглядит?

— Сомневаюсь, чтобы Грааф в этом разбирался.

Бушар хмыкнул.

— Кроме того, я даже не уверена, что он за меня заплатил. Кажется, работорговцам мое присутствие на корабле казалось шуткой.

Брови Бушара поползли вверх.

— Они не из тех, кто любит шутить: у них другие пристрастия — насиловать, порабощать, убивать.

Лицо Сары вспыхнуло еще сильнее, наверняка это было заметно даже в полумраке каюты.

— Да, со мной тоже пытались поступить… так во время долгого пути из деревни, но один из работорговцев, голландец, оказался истовым христианином (видел меня с отцовской Библией в руках).

Сара пожала плечами, не желая вдаваться в подробности и говорить о том, как была напугана в ту ночь, когда один из охранников избил попытавшихся напасть на нее до полусмерти. Впрочем, ни они, ни кто-либо другой больше ее не беспокоили.

Бушар грубо рассмеялся, и Сара удивленно вскинула на него глаза.

— Значит, этот голландский работорговец был религиозен, но это не мешало ему покупать и продавать людей?

— Попридержите коготки, капитан, я с вами полностью согласна по этому вопросу.

Бушар на мгновение лишился дара речи, и Сара испугалась, что зашла слишком далеко, но тут раздался его оглушительный хохот.

Отсмеявшись, он с усмешкой сказал:

— Продолжайте, мисс Фишер. Я давно так не развлекался.

— Когда мы добрались до Уиды… — Сара содрогнулась от нахлынувших воспоминаний о том кошмарном дне.

— Да, там невольничий рынок, — продолжил Бушар мрачно.

Сара кивнула:

— В самый разгар всеобщих мучений и хаоса у одной из невольниц начались роды. Я единственная из нас хоть что-то смыслила в медицине, вот мне и…

— Кто-то вас обучал этому?

В глазах капитана был такой живой интерес, что Сара простила ему грубость.