Книга Забытая жена, страница 62 – Сандра Барро

И самое главное, мой друг. Твоя жена проницательна и умна. Она быстро поняла, что я не тот, за кого себя выдаю, и заметила мои отлучки. Устроила настоящий допрос с пристрастием. Признаюсь, под её напором я не выдержал и рассказал, что являюсь твоим доверенным лицом. Не злись, другого выхода не было. Врать ей – только себе хуже.

Вывод мой таков: не спеши с расторжением брака. Здесь происходит что-то, чего ни ты, ни я, ни, полагаю, она сама не ожидали. Присматриваю за ней, как и договаривались, но всё больше склоняюсь к мысли, что ей требуется не столько надзор, сколько… понимание.

Твой верный друг и капитан,

Магнус Лангард.

P. S. Она затеяла перестройку старого сарая, хочет превратить его в баню. Улаф в восторге.

Арвид отложил письмо. Он сидел неподвижно несколько минут, вперившись в одну точку перед собой, переваривая каждую строчку. Потом он снова взял лист и перечитал его ещё раз, медленно, вникая в каждое слово.

«Не такая уж забитая… нашла общий язык с Хельгой… раскусила Магнуса…»

В голове у него что-то щёлкнуло. Гнев и обида, кипевшие в нём все эти недели, стали понемногу отступать, уступая место жгучему, незнакомому любопытству. Образ хрупкой, плачущей девушки начал трещать по швам, заменяясь каким-то другим, пока ещё смутным силуэтом.

Он откинулся на спинку кресла, и на его лице впервые за долгое время появилось выражение не раздражения, а задумчивости. Возможно, Магнус прав и не стоит торопиться с юридическими процедурами. Слишком многое было поставлено на карту в этом браке – его репутация, финансовые интересы, наконец.

«В самом деле, – подумал он, глядя в окно на серые воды копенборгского канала. – Почему бы и не съездить? Удостовериться во всём самому. Посмотреть в глаза этой… новой Линде. Узнать, что же на самом деле скрывалось за её затравленным взглядом и загадочным поступком».

Решение пришло почти сразу. Как только он завершит неотложные дела в Копенборге, путь его направится в Рёнсвальген. Внезапно это название перестало быть для него символом ссылки и позора. Теперь оно превратилось в место, где скрывалась самая интригующая загадка в его жизни.

Глава 26

Два дня я не подходила к сундуку, боясь открыть дневник Аннели. Та фраза, застрявшая в голове, словно заноза, не давала покоя. Ну не может же быть такого совпадения! Когда-то я даже спрашивала у Люси, где она впервые услышала эти слова. Подруга тогда рассмеялась своим характерным грудным смехом и, закуривая, ответила, что услышала их от одного художника в Коктебеле, когда ей было всего тринадцать лет. Он писал её портрет, повторяя одну и ту же фразу, пока делал набросок. Эти слова навсегда врезались в её память.

К сожалению, под рукой не было интернета, чтобы проверить, откуда вообще пошло это выражение. Но оно звучало в духе восточных мудростей, и я могла допустить, что мать какого-нибудь падишаха вполне могла произнести нечто подобное. Так что Люся, со своей прибауткой, была, казалось, ни при чём.

Однако одна мысль всё же не давала мне покоя. Если уж я сама после смерти могла очутиться здесь – в каком-то странном параллельном мире, похожем на Норвегию девятнадцатого века, – то почему бы и душе моей Людочки не оказаться где-нибудь в другом времени? В Индии, например, во времена Великих Моголов, в такой же альтернативной реальности, только на несколько веков раньше.