Книга Забытая жена, страница 33 – Сандра Барро

Я поблагодарила её, но отказалась. Не хотелось создавать лишние неудобства.

— Спасибо, Хельга, но это лишнее. Попросите, только чтобы мне принесли небольшую лохань наверх. Чтобы можно было умыться и обтереться, не спускаясь каждый раз сюда. И давайте договоримся: раз в неделю, по субботам, будем устраивать банный день. Топить печку, для каждого очень расточительно, а так все смогут помыться как следует, по очереди.

Хельга одобрительно кивнула – она явно ценила практичность.

Мы с Астой быстро ополоснулись тёплой водой – это было настоящее блаженство после вчерашней дороги и сегодняшних переживаний. Затем, поблагодарили Хельгу и поднялись наверх. Женщины остались мыться, их довольные голоса доносились снизу ещё какое-то время.

Аста почти сразу же уснула, утомлённая событиями дня. А я осторожно достала из потайного отделения сундука шкатулку с дневником Аннели. Зажгла свечу и открыла её на второй записи.

* * *

Запись вторая.

Моя жизнь «любимой наложницы» Падишаха Акбара оказалась соткана из причудливого узора роскоши и жёстких ограничений. Привилегий – и полнейшей зависимости.

Статус был выше, чем у обычных обитательниц гарема, но всё же ниже, чем у жён. Мне отвели покои в лучшей части зенаны – женской половины дворца. У меня есть прислуга – пятнадцать человек, включая личную горничную-индианку по имени Ширин, которая смотрит на меня с безграничным обожанием и страхом. Я имею право носить драгоценности, подаренные лично Падишахом, – жемчуга, изумруды, рубины, которые кажутся каплями застывшей крови на моей бледной коже.

Наряды шьют специально, чтобы подчеркнуть мою «нордическую» красоту. Ткани – самые дорогие шёлк и парча, но фасоны отдалённо напоминают одежду знатных женщин из моей страны: более строгие линии, орнаменты, высокие воротники, отделанные золотым шитьём. Повара стараются угодить, готовя блюда, которые я прошу. В основном, это простая печёная рыба, тушёное мясо с кореньями, что-то напоминающее мне пищу, к которой я привыкла дома. Эта маленькая уступка радует меня больше, чем все изыски местной кухни.

Мне дарован доступ к знаниям. Я учу персидский язык и урду, занимаюсь каллиграфией и музыкой. Развлечения здесь – это танцы, поэзия, настольные игры и редкие прогулки в тщательно охраняемых дворцовых садах, где цветут розы и поют экзотические птицы.

Наши встречи с Падишахом происходят через день. И в каждую такую встречу он приносит мне подарок – что-то, привезённое из земель, откуда я родом: шкатулка из резного дерева с запахом сосны, янтарные бусы или шкуру белого медведя. Очень богатый подарок, диковинка, доступная Повелителю мира. Этим он показывает, что помнит, о том, кто я. И это одновременно трогает и терзает. Каждая вещь напоминает мне, как далеко я от дома.

Мне даже позволено влиять на мелкие дворцовые решения – через личные беседы я могу заступиться за провинившуюся служанку или попросить смягчения наказания для другой наложницы, впавшей в немилость.

Но всё это перечёркивает одно – полная закрытость от внешнего мира. Я – птица в золотой клетке, самой прекрасной на свете, но всё же в клетке. Невозможность покинуть дворец, постоянная, незримая борьба за внимание Повелителя, зависть других женщин, и эта вечная зависимость от его настроения. Моя необычная красота – и преимущество, и тягостное бремя в этом котле восточных интриг.