Книга Забытая жена, страница 22 – Сандра Барро

Меня купили не для какого-то раджи, а приобрели для самого Падишаха Акбара, Повелителя мира. Привезли в его гарем, в этот райский сад, обнесённый высокими стенами, где пахнет розовой водой, шафраном и тайнами. Здесь сотни женщин – персиянки, турчанки, индианки с глазами, как у газелей. Но моя белизна, мои волосы цвета спелой пшеницы и глаза, как летнее небо Норвегии, сделали меня диковинкой. Они называют меня «Хуршид-Джахан» – «Солнечный мир». Ирония судьбы – привезённая с самого края света, из страны холода и льда, я стала у них олицетворением солнца.

Сначала я думала, что умру от страха, горя и унижений. Я была всего лишь вещью, игрушкой, купленной для услады могущественного правителя. Но что-то внутри меня отказалось ломаться. Вероятно, тот самый норвежский характер, холодный и упрямый, как скалы моей родины. Я выжила. Я молча наблюдала, учила язык, перенимала обычаи, скрывая ненависть и тоску по дому за покорной и загадочной маской.

И случилось невероятное. Падишах заметил меня и приблизил к себе, дав имя Индира, оно значит «великолепие, сияние». Но заметил не просто как диковинку, а как личность. Он, великий Акбар, мудрый и могущественный, стал выделять меня среди других. Он спрашивал меня о моей далёкой родине, о снегах и фьордах, о кораблях моих предков. Он слушал, и в его глазах я видела не только вожделение, но и интерес, и любопытство. Я стала его любимой наложницей. Мне даровали отдельные покои, слуг, драгоценности и шёлковые одежды.

Но даже в этой роскоши, в этом, казалось бы, райском саду, я остаюсь пленницей. Моё тело принадлежит ему, но мой дух – всё ещё там, среди холодных волн и скалистых берегов. Я научилась улыбаться и развлекать его, но по ночам я плачу в подушку, вспоминая крики чаек и запах сосны.

Я буду записывать всё. Каждый день этой странной, невероятной жизни. Всё, что я вижу, слышу и чувствую в этом золотом дворце. Чтобы не забыть, кто я. Чтобы помнить. Чтобы однажды, возможно, это знание помогло мне обрести свободу. Или, по крайней мере, сохранить себя.

Аннели Хансен. Агра, империя Великих Моголов. Год от Рождества Благословенного 17… (последние цифры были неразборчивы, чернила расплылись).

Я сидела, заворожённая, не в силах оторваться от пожелтевшей страницы. Аннели Хансен. Кто эта женщина? Почему эти записи находятся в доме. Может быть, это прапрабабушка Арвида? Его предок. Женщина, пережившая нападение пиратов, рабство, плен в Индии… и выжившая. Нашедшая в себе силы не сломаться и вести этот дневник.

Я смотрела на ровные строчки, выведенные рукой, которая, должно быть, дрожала не только от страха, но и от решимости. И чувствовала странную, прочную связь с этой женщиной, жившей бог знает сколько лет назад. Мы были разными, нас разделяли эпохи и обстоятельства, но нас объединяло одно: мы обе были выброшены в чужие миры против своей воли. И мы обе решили бороться.

Я осторожно закрыла дневник, прижала его к груди и посмотрела на спящую Асту, на тёплые стены этого старого, гостеприимного дома.

— Спасибо, Аннели, – прошептала я в тишину комнаты. – Кажется, твоя история как раз то, что мне сейчас очень нужно.

На душе стало невероятно спокойно и уверенно. Если она смогла выжить в тех условиях, то я и подавно справлюсь здесь.