Книга Забытая жена, страница 164 – Сандра Барро

Все вокруг улыбались. Даже суровая фру Эстер смахнула слезу. В этом маленьком чуде – спасении одной детской души от казённого холода – был луч света, пробивающийся сквозь мрак всех взрослых проблем.

Когда мы вышли на улицу к экипажу, нас окружила толпа детей. Они прощались с Катриной, кто-то махал, кто-то сунул ей в руку самодельную игрушку. А кто-то просто стоял с разными чувствами на лицах: от искренней радости до зависти. Она сжимала свой узелок и улыбалась, впервые за долгое время – по-настоящему счастливой улыбкой.

Арвид, помогая мне подняться в экипаж, наклонился и тихо сказал на ухо:

— Возвращайтесь в дом. Не стоит заезжать куда-либо. Вечером я хотел бы поговорить с тобой.

— Конечно, – кивнула я, усаживаясь рядом с Астой, которая уже прижимала к себе Катрину.

По дороге домой я смотрела на проносящиеся мимо пейзажи, но не видела их. Мыслями я была далеко. Нужно было срочно, как можно скорее предупредить маяк. Петерсен не просто в ярости – он теперь одержим. Он рыщет, как гончая, и если раньше он искал жену из ревности и чувства собственности, то теперь к этому добавилась ещё и паника из-за начавшегося расследования. Он мог наткнуться на след, мог подкупить кого-то из рыбаков, мог просто методично прочесать каждую бухту. Нужно было передать Йохану и Сигрид, чтобы они удвоили бдительность, ни в коем случае не выходили наружу и готовились к возможной необходимости срочно сменить укрытие. Надо попросить Улафа съездить туда, как только мы вернёмся.

Но была ещё одна проблема. Пастор. Теперь он был в курсе исчезновения Сигрид и, главное, понимал причину. Потрясение и боль могли толкнуть его на опрометчивый поступок. Он мог сам попытаться найти её, движимый отчаянием и чувством вины. Или Петерсен мог начать следить за ним. Пастор становился мишенью и одновременно – слабым звеном. С этим нужно было что-то делать.

Я взглянула на Асту, которая что-то тихо говорила Катрине. Её лицо светилось миром и счастьем. И я почувствовала тяжёлую ответственность. Я втянула в эту историю столько людей. Хельгу, Улафа, Асту, теперь вот пастора. И всё ради спасения одной женщины. Но разве можно было поступить иначе? Нет. Это дело нужно довести до конца и надеяться, что скала, имя которой Арвид, выдержит предстоящий удар и не даст всему рухнуть.

Когда мы вернулись, в доме стояла тишина. Свекрови и Элины на месте не оказалось. Хельга, встретив нас в прихожей, сообщила нахмурившись:

— Выехали прогуляться. Говорят, нужно подышать воздухом. Больше часа уже. Не иначе как отправились посмотреть, чем владеет Арвид. Оно и понятно, Рёнсвальген для графини – глухое место.

В её тоне слышалось и облегчение, и привычное недоверие к мотивам Ингрид.

Все остальные обитатели, искренне обрадовались приезду Катрины. Ханна, услышав детский голосок, тут же решила, что такой важный день нужно отметить, и принялась замешивать тесто для большого пирога с черникой – вкусным летним лакомством, которое она бережно хранила в погребе. Аста, сияя, вместе с Ингер и Мартой увели Катрину в комнату, чтобы устроить её немногочисленные вещи и помочь переодеться.

Как только коридор опустел, я отозвала Хельгу и Улафа в сторону и быстро рассказала о том, что произошло в кабинете пастора. О дикой ярости Петерсена, обвинениях и о том, как Арвид его усмирил.