Книга Попаданка для дракона. Факультет гарпий, страница 41 – Ингрида Пюли

Но ледяные кристаллы, сверкающие как драгоценные камни, нежно треща, словно нашёптывая милые глупости, подступали всё ближе и совсем не боялись огненных крыльев.

Стоило отвернуться от них, как я чувствовала холодное дыхание за спиной, будто лёд был живым существом, тянущим руки к моей обнажённой горячей коже.

Крылья держали его на расстоянии, но я понимала, что вскоре они не смогут противостоять северному вторжению, и с нетерпением ждала этого, ещё более разжигая огонь в груди и внизу живота.

Я отвернулась, не в силах смотреть на кристаллы, слившиеся в один огромный камень. Сердце билось где-то в горле, крылья обернулись вокруг меня, спрятав от внешнего мира, как в детстве, когда забираешься под одеяло, накинутое на сдвинутые стулья.

И наступила тишина, прерываемая лишь возбуждённым дыханием. Я боялась шевельнуться, ожидая чего-то и одновременно боясь, что ничего не произойдёт, кроме того, что лёд отступит.

Закрыла глаза, пытаясь собрать разбегающиеся мысли и найти выход. Две Анны были заключены в одном теле. Одной, то, что происходило сейчас с ней, казалось неправильным, а другая — радовалась, как статистка, отдающаяся за крошечную роль режиссёру на пыльном столе в тёмной подсобке.

Ноги задрожали, Я побоялась, что сейчас упаду, по коже пробежал холодок, крылья исчезли, как последняя броня девственницы. Разумное «я» больше не властвовало и тихо смотрело со стороны, как ледяные руки обнимают моё тело за талию, спускаясь всё ниже, по округлостям бёдер, чтобы вновь подняться туда, где в ямке между ключицами бьётся синяя жилка.

Огонь внутри меня уютно тлел, как уголёк в камине домашнего очага, а снежный темногривый дракон продолжал гладить мою кожу, покрывшуюся мурашками.

Потом Карл резко развернул меня к себе, и, не дав опомниться, впился в губы…

Я вскрикнула и проснулась, дрожа то ли от холода, то ли от возбуждения. Льняные простыни походили на раскалённую сковородку.

Одеревенелыми пальцами, стараясь не разбудить мирно спящую Далиду, нащупала свёрнутую на стуле одежду и кое-как нацепила на себя мокасины. Шлёпая задниками, я побежала в душ, находящийся на этаже, моля о том, чтобы в нём никого не было. Надо смыть с себя наваждение и прийти в себя. Пока ещё не поздно.

* * *

Через пару дней пришло другое письмо, пахнущее мускусом и горячей кожей, а ещё немного страхом. Белая лощёная бумага, золотые вензеля, складывающиеся в причудливый узор, не могли сгладить ощущения чёрной злости, разившей от послания.

«Держись подальше от драконов», — было написано незнакомым крупным почерком с сильным нажимом. И всё: ни адреса, ни отправителя, будто письмо подкинули под дверь.

Так оно и было, поскольку на все расспросы привратник, голем-великан из голубой глины, только разводил руками. Я проверила и службу по связям с внешним миром, где трудились три брата, похожие на лилипутов.

— Никаких новых писем вам не приходило, — ответили они, стоило заполнить бланк-требование о доступе к интересующей информации.

И все трое уставились на меня, по их скептическим взглядам совсем недетских лиц я поняла: доложат Соль, а может, и ректорессе. Хотя мой запрос внешне выглядел невинно.

— Надо узнать, кто подложил письмо, — загорелась идеей Далида.

После каждого занятия она начинала разрабатывать планы, всё время разные, временами авантюрные, граничащие с безумием, но дни шли, а мы так ничего толком и не выяснили.