Книга Попаданка для дракона. Факультет гарпий, страница 39 – Ингрида Пюли

— Давайте кто-нибудь ещё! — тем временем равнодушно произнесла Миролика, потеряв ко мне интерес. Её взгляд говорил лучше всяких слов: «Тебя переоценили».

— Похоже, эту яму тебе не перелететь! — чуть слышно произнесла Ялисия, скривив тонкие губы. Узоры на щеках потеряли красоту и гармонию, смявшись в вертикальных морщинках около рта.

Сквозь тело словно прошёл электрический ток. «Эту пропасть нельзя перелететь», — сказала я напоследок Карлу.

Мысли перескочили к дракону. Я ушла так поспешно, что до сих пор чувствовала себя виноватой. Дракон ничем меня не обидел, только предложил помощь в полётах. Как оказалось, она мне была очень нужна.

А Карл, видимо, подумал, что она какая-то дикая. Зато теперь точно отстанет.

Крылья за спиной перестали слушаться, то взмахивая от каждой тревоги, то складываясь за спиной, словно хотели согреть хозяйку в прохладе сгущающихся сумерек и порывах ветра.

Я закусила губу от досады, на глаза просились слёзы. Далида тоже легко обернулась: изумрудный оттенок кожи очень шёл ей.

Подруга пыталась утешить, но лишь усиливала моё отчаяние.

Я понимала, что осталась в числе отстающих, и надо было срочно взять себя в руки. Каждая попытка только усиливала неуверенность в себе. И прекратившиеся письма всё время не выходили из головы. Хотя, три дня ещё не срок…

Как она там сказала Карлу на прощание: «Эту пропасть не перелететь». Значит, раскрытие — это мой потолок?

Всё так и закончится, отбытием домой, в изначальный мир? А вдруг письмо придёт уже завтра, но я так никогда его и не прочту⁈

Больше не будет неба и обтекающего тело ветра, ощущения свободы и силы за спиной? И совместных полётов? Мы с Далидой уже сговорились, как только подучимся, устроить состязание в воздухе. Может быть, и с Карлом удалось бы полетать?

Я почувствовала слабость в ногах и подумала, что сейчас рухну на зелёный ковёр на глазах у всех и решила устоять во что бы то ни стало.

По босым ногам пробежал электрический ток, поднимаясь всё выше, захватывая каждую клетку тела, пока не достиг макушки. Было щекотно, потом пришла боль, будто тысячи мелких иголок вонзились в обнажённую кожу, на руках выступили капли крови. Они стали сливаться между собой, и вот уже скрыли белую кожу под алым пупырчатым узором.

Я оглядела своё новое тело, насколько могла, кинув взгляд даже на крылья, раскрывшиеся за спиной. Они превратились в алое пламя, на которое хотелось смотреть бесконечно. Сердце зашлось от дикой радости быть здесь и сейчас. Получилось! У меня-таки получилось!

Теперь я хотела лишь одного: взлететь. Это неукротимое желание билось во мне, подобно сердцу готового к внешней жизни, но ещё не рождённого ребёнка.

— Ну, я не сомневалась! — услышала за спиной довольный голос Далиды.

— А я уже было начала! — усмехнулась Миролика и обратилась к остальным: — А теперь обращаемся снова. Полётов на сегодня не будет!

— Как так? — неслось со всех сторон.

Вновь почувствовав холод, я открыла глаза. Всё было как прежде: луг, вечер, Миролика с развевающимися фалдами чёрного платья и обнажённые тела, белеющие в ночи.

Мы спешно одевались и молча расходились, словно после какой-то мистерии. Мне не хотелось разговаривать, как и Далиде, шагавшей рядом и всё время вздыхавшей.

Уже на самом пороге подруга, шедшая впереди, затормозила и обернулась с лукавой улыбкой: