Книга Вдова с ребенком для лорда-дракона, страница 29 – Ингрида Пюли

Рано или поздно Крейген женится. Не на леди Эстер, так на другой знатной красавице. А что будет с нами? Допустим, нам хватит денег на безбедное существование в провинции, допустим, Крейген позаботится о приданом и об образовании племянницы, но жить в надежде подачки от мужчины? Зависеть от его прихоти и настроения жены?

Нет. Это всё не для нас.

— Пора, моя маленькая Алисия, — милорд по-отечески потрепал Алису по щеке. — Хочешь посмотреть «пляски драконов»?

— А что это?

— Вот и увидишь. Это когда берёшь в лапы маленькую девочку и аккуратно уносишь в небо.

— Нет, Алиса, даже не думай! И ты тоже обещай! Без моего разрешения никаких полётов!

— А если я обращусь? — надула губки дочка. Знала, что я ей всё разрешала, когда смотрит вот так жалостливо.

— Тогда и лети, коли сумеешь, — кивнула я.

Мы переместились к искусственному озеру, вдоль которого расставили деревянные трибуны, обтянутые дорогими тканями. Наше семейство имело право на отдельную задрапированную ложу, и я была рада отгородиться от посторонних взглядов. Чувствовала их на себе и думала о том, что вечером придётся тщательно тереть спину мочалкой, чтобы избавиться от ощущения грязи.

Все приветствовали королевскую чету, сидевшую на возвышении под флагами. А потом глашатай объявил драконий турнир открытым.

Из пушек, стоявших по берегам, вырвались огненные птицы. Они росли и превратились в четырёх драконов, закружившихся над озером. Внезапно каждый дракон приобрёл свой цвет.

— Белый — символ победы, красный и жёлтый — силы дракона, а чёрный — слава проигравшим! — быстро пояснял для нас Крейген.

— А что случается с гнездом проигравшего дракона? — внезапно спросила я.

Надо было давно задать это вопрос, вертевшийся на языке, да мне было неудобно напоминать дракону о его возможной судьбе.

— Земли и замки отойдут казне? — осторожно предположила я. — А с людьми? Что случится с людьми?

Крейген хмурился и молчал.

— Они перейдут во власть победителя, миледи, — раздался за спиной вкрадчивый мужской голос.

— Милорд Беккинс! — вскочил с места Крейген и слегка поклонился.

Мы с Алисой поступили так же.

— Милорд, миледи, — внезапно подкравшийся человек был среднего роста и вполне себе заурядной, даже слегка болезненной внешности. С полудлинными редкими светлыми волосами и в чёрном сюртуке, явно не по жаркой погоде, застёгнутом на все пуговицы. — Представите меня своим спутницам?

— Милорд Беккинс, первый министр его королевского величества. Миледи Вероника и её дочь Алисия. Вдова под моим покровительством.

Собачка Теодор при виде посетителя жалобно заскулила и спряталась под кресло Алисы.

— Слышал-слышал. И что это вы прятались в глуши, миледи? Слышал, давно вдовствуете?

Мы снова сели на места, но уже потеряли интерес к представлению.

Нашим вниманием, включая замолкнувшего Теодора и притихшей дочери, завладел королевский посланник.

— Пять лет, милорд, — ответила я, как учили.

— Впервые на драконьем турнире?

— Думаю, ответ вам известен, — улыбнулась я, позволив себе некую дерзость. От этого человека веяло властью, той, что способна разрушать до основания города и возводить их там, где раньше была пустыня.

Таким людям нравилось показывать свою значимость окружающим. И когда эти окружающие понимают всё правильно.