Книга Вдова с ребенком для лорда-дракона, страница 19 – Ингрида Пюли

Алиса шла рядом и напевала себе под нос весёлую песенку.

— Боюсь, нас ждут испытания, Вероника. Но рядом с вами я с ними справлюсь.

— И всё же?

Предчувствие и тут не обмануло меня. Крейген помедлил и добавил:

— В Алисе проснулась драконья сила. Это значит, что как член моего гнезда, её тоже ждёт задание. Не волнуйтесь, ничего опасного. У нас есть время потренироваться в обороте.

— Что за оборот? — похолодела я и остановилась как вкопанная.

Крейген обернулся:

— Ей придётся показать, что в её жилах течёт огонь. Она должна будет обернуться драконом и пролететь один круг над ристалищем без посторонней помощи.

— Надо было схватить Алису в охапку и бежать в портал! — в который раз восклицала я за последние дни, когда приходила в отчаяние от одной мысли. Алиса должна научиться оборачиваться драконом.

Но это невозможно физически!

— Вы бы её сожгли, Вероника. Думаете, Тристан о том не знал? Ему было всё равно. Одним членом моего гнезда меньше!

— А вам не всё равно, что с нами станет?

Разговор происходил в замковом саду спустя несколько дней после неудачной попытки вернуться в мой мир.

— Вы же знаете, что Алиса мне дорога, как память о кузене! И мы с нею похожи!

Когда хотел, Крейген умел быть обходительным. Весёлым, галантным. Но я не забывала, что мы мало знакомы.

— И вы догадываетесь, что ваша судьба мне тоже небезразлична. Вы мать Алисии, одно это уже даёт вам право требовать от меня всё, что пожелаете.

Кроме главного — вернуть нас домой!

Но Крейген намекал, что когда выиграет турнир, то всё станет возможным. И безопасным для нас с дочерью.

Только вот забудет ли Алиса своё превращение в крылатого ящера? Я надеялась, что у неё не выйдет обратиться. В конце концов, наполовину она человек.

Крейген нанял нам с нею целый штат учителей, но времени катастрофически не хватало. Алиса училась новым премудростям с удовольствием, а я с затаённым страхом.

Этикет и танцы освоила легко, даже выучила немного драконьего алфавита. А также каллиграфическое письмо и тонкости светской беседы. И всё это я делала с задней мыслью, что вскоре с радостью об этом позабуду.

— Вы делаете небывалые успехи. В вашем мире все такие талантливые?

Крейген завёл традицию: на время трапезы мы собирались и разговаривали. Для Алисы это было целое искусство — научиться откусывать по маленькому кусочку, чтобы не отвечать на вопросы с набитым ртом.

Это, казалось, единственная для неё трудность.

— Мама, я сегодня почувствовала огонь в руках. Представляешь? Побежали мурашки, потом вот здесь сделалось так горячо! — Моя малышка указала на центр ладошки.

— Это нормально, магия долго спала в тебе, ей нужно время, чтобы соединиться с твоими жилами. Тогда и начнётся самое интересное!

Крейген был очень терпелив, когда дело касалось Алисы, а я смотрела на него и всё чаще задумывалась в такие моменты: а что если бы на его месте был Ристер? Мы могли бы вот также жить вместе, одной семьёй, но я даже не знала, каков он был на самом деле!

Конфетно-букетный период оборвался с его отбытием, а я была слишком молода и горда, чтобы выяснять, что с ним стало. Да и не получилось бы!

— Турнир начинается послезавтра, Вероника!

Я вздрогнула, будто кто-то проник в мои воспоминания, а я хотела оставить их только себе.