Книга При дворе Медичи, страница 137 – Карл Берков

Забыв обо всем от страха, Кларисса обвила руками шею мужа. Лоренцо наклонился к ней; сон нервной женщины не мог взволновать его, но что-то другое, странное и новое, шевельнулось в сердце, отчего Медичи, смущенный, не мог сразу найти слов для ответа.

— Кларисса, – сказал он наконец убедительным тоном, – напугавший вас дурной сон ничего не значит. Купол Брунеллески^[44] не может обрушиться; он создан рукой мастера, чтобы пережить века. Вы нездоровы, и я охотно избавил бы вас от сегодняшних хлопот по случаю торжества, но, к сожалению, уже слишком поздно. Будьте мужественны, моя хорошая и умная супруга. Нельзя поддаваться мрачному настроению так, чтобы оно затеняло страхом наш здравый рассудок.

Давно не говорил Лоренцо так ласково с женой.

— Лоренцо, а если я потеряю вас теперь… именно теперь? – прошептала она все еще вне себя.

— Почему именно теперь, Кларисса? – нежно спросил Лоренцо.

Кларисса опустила руки, обвивавшие шею мужа, и в смущении отступила назад. Только в эту минуту она поняла, какое признание готово было вырваться у нее, и почувствовала глубокий стыд.

Лоренцо еще держал руку жены в своей; глаза его сияли.

— Сказать мне вам, Кларисса, то, в чем вы стыдитесь признаться мне? – заговорил он тихим голосом. – Вы боитесь потерять меня, потому что я дороже вам, чем вы хотите сознаться самой себе. И ведь именно теперь вы можете ожидать от меня, что я скажу вам наконец то, что вы давно должны были узнать, если бы захотели… Упрямая и все-таки дорогая моя малышка, я люблю вас… давно люблю… гораздо дольше, чем предполагаете вы, гордость и радость моей жизни!

Лоренцо поспешно удалился, будто не желая дать ей времени ответить. Клариссе казалось, что пол под ней колеблется, все вокруг завертелось, пока наконец счастье, наполнявшее ее, не нашло исхода в потоке горячих слез…

Кардинал Рафаэль Сансони прибыл через четверть часа после ухода Лоренцо, и его приняли донна Лукреция и Кларисса. Он совершил переезд из виллы в город верхом в сопровождении пизанского архиепископа и кондотьера Монтесекко, а теперь хотел переодеться во дворце, прежде чем отправляться в собор. После краткого пребывания он покинул со своей свитой дворец, у подъезда которого его встретил Лоренцо, отстоявший раннюю обедню и вернувшийся за гостем.

Франческо Сальвиати, чья обязанность заключалась в том, чтобы начать осаду синьории в то же время, когда совершится нападение в церкви, удалился с глаз Лоренцо под тем предлогом, что его вызывает мать для разговоров о семейных делах.

Лоренцо проводил кардинала до церкви, где ему было приготовлено почетное место напротив алтаря; кругом разместилась кардинальская свита и двор Медичи. Неудивительно, что храм переполнился народом: духовенство, светские лица, военные собрались, чтобы взглянуть на папского внука. Среди толпы притаились заговорщики. С оружием, спрятанным под одеждой, они беспокойными взглядами следили за свитой Медичи, среди которой, естественно, находилось множество верных людей, готовых защищать Лоренцо и Джулиано в минуту опасности.

Лоренцо слушал обедню стоя, так же как и все остальные, за исключением кардинала. Но он покинул свое место, когда увидел стечение народа и встал между Ферранте Саграмора и Анджело Полициано. Позади находились Стефано да Баньоне и Антонио Маффеи, оба в духовном платье.