Книга Любовь и курица, страница 11 – Елена Иваненко

Витька через пятнадцать минут устал притворяться послушным и работящим, но теща периодически выглядывала из окна. Скрипнувшая калитка по уважительной причине позволила ему бросить лопату. Во двор вплыла баба Капа.

— Горбатишься, родимый, – позавидовала она халявной рабочей силе, которой у нее на грядках по-прежнему не наблюдалось, – а училка твоя уж с физруком мутит, – шепотом отомстила она соседу за свой некопаный огород, улыбаясь машущим из окна женщинам.

— Не моя она вовсе, – отперся парень, но схватил лопату и неистово завыворачивал комья земли, представляя, как закопал бы прелюбодейку, мгновенно променявшую его на другого. Хоть бы пострадала для приличия, овца, чтоб сохранить его мужское достоинство.

Евгения Максимовна оценила усердие зятя и позвала его со старухой пить чай. Баба Капа с радостью поковыляла на торт, а Витька, от ее новости потеряв весь аппетит, вышел на улицу.

К дому училки эффектно подкатил урчащий мотоцикл. В спрыгнувшей сзади девушке он узнал Виолетту, гордо отвернувшуюся в другую сторону.  Из-за руля слез упитанный физрук и, по-хозяйски схватив за талию, присосался к губам девушки. Влюбленная парочка, воркуя, скрылась в доме. Витька со психу пнул столб забора, увенчанный равнодушной скульптурой из Мурзика.

— Вот стерва! – пожаловался он сочувственно звенящему цепью Шарику, прыгая на одной уцелевшей ноге. – Говорила, любит. Стихи любовные читала. А сама!

Пес поднял заднюю лапу и журчанием отомстил столбу и училке за физическую и психологическую травму легкомысленного хозяина.

* * *

— Как я и обещал, сработало! Твой бывший рвет и мечет, – осторожно выглянул из-за шторки на улицу Данил в унисон с прищурившейся с подоконника сфинксихой.

— Андреич, ты ужасный нахал! Целоваться мы не договаривались, – стукнула его по плечам смущенная Виолетта. О том, что поцелуй ей понравился, она, конечно же, промолчала.

— Завтра начну следующий этап нашего плана «А» по возвращению к тебе Витьки, – подмигнул физрук, – жду обещанный ужин, – разлегся он на диване, устало прикрыв глаза. Лысая кошка сразу свила уютное гнездо на его теплом животе.

Вскоре Виолетта пригласила гостя ужинать. На столе одиноко круглилась тарелка с бутербродами. На толстых розовых кругах «Докторской» белели сердечки, заботливо выдавленные из пачки майонеза в качестве благодарности.

— Че так мало майонеза? – не оценил шедевр высокой кухни Данил, щедро выжимая белый соус на подростковую живопись географички. – И, вообще, где ужин? Эту сухомятку я и дома мог сварганить. Я поехал к деду, короче, хоть пива по пути куплю, – прошамкал он с набитым ртом.

— Стой! Не пущу! Еще не хватало, чтоб соседи подумали, что и ты меня бросил! – трагично распахнула руки Виолетта. – У меня есть бутылка вина. На черный день берегла.

— Судя по пустому столу, он уже наступил, – мрачно констатировал физрук-очевидность. Виолетта согласно вынула из бельевого шкафа бутылку, завернутую в белоснежные кружевные трусы. Данил повертел вино и одобрительно цокнул.

— Сейчас будем готовить из него итальяно-испано-молдаванское блюдо, – разглядел этикетку гость, – под названием… впрочем, название придумаем позже. Картошка есть?

Географичка быстренько начистила пожухлые корнеплоды, найденные под раковиной. Ей стало любопытно попробовать экзотическое межнациональное блюдо из красного вина.