Книга Дитя Афины, страница 26 – Ханна Линн

Сфено заплакала громче. Прерывистые свистящие и хриплые вдохи царапали воздух, будто ногти по камню. Каждый всхлип для Медузы был словно удар кинжалом в сердце.

— Пожалуйста. Я должна уйти. Я должна уйти. Здесь, со мной, вам не безопасно, – наконец освободившись от руки Эвриалы, Медуза снова посмотрела на клинок. Она наклонилась и подняла его еще раз.

— Что бы ни случилось, ты не виновата. Я слышала, что ты сказала матери и отцу. – Эвриала говорила медленно, отчетливо. Взвешенно. – Я слышала каждое слово. Это не твоя вина. Это сделала Афина. Она должна была дать тебе убежище. Защитить твою честь. Да будет она проклята навеки за то, что сделала с нашей семьей.

— Нет! – Медуза уронила нож, который воткнулся в землю, и выпрямилась. – Пожалуйста, Эвриала…

— Она должна была защищать тебя. Это ее обязанность. Именно поэтому отец отправил тебя туда.

Голос сестры полнился злобой. Тем же жгучим гневом, что испытала сама Медуза. Она понимала ее. Но она не могла этого допустить. Голова кружилась и гудела, земля уходила из-под ног.

А Эвриала рвала и метала:

— Ты обратилась к ней за защитой. Служила в ее храме и молилась у ее алтаря, а теперь она украла у нас всю нашу семью…

— Пожалуйста! – Опустившись на колени, Медуза с закрытыми глазами пыталась схватить сестру сквозь занавеску. Ощупывая пространство вслепую, она ухватилась за ее лодыжки. – Богиня услышит тебя. Она услышит, что ты говоришь.

— Замечательно. Этого я и хочу. Пусть она услышит, что с нами сделала. Пусть увидит боль, которую принесло ее себялюбие. Какое злое, несправедливое…

Крик, который прервал тираду Эвриалы, был самым пронзительным из всех, что доводилось слышать Медузе. Он разорвал ночь, заставив птиц покинуть гнезда.

— Сфено! – воскликнула Медуза. Не раздумывая ни секунды, она откинула занавеску в сторону. Ее младшая сестренка корчилась на земле, схватившись за голову и воя. Мгновение спустя Эвриала тоже упала на землю и закричала.

— Нет, пожалуйста, нет!

Слишком поздно. Богиня, как Медуза уже поняла, всегда все слышала.

Годы тянулись медленно. Возможно, так казалось, поскольку Медузу тяготило общество сестер: от семьи осталось одно название. Опаснее всего было в первые месяцы. Они бежали с большой земли, спрятавшись под плащами, окутанные тьмой; крали самое нужное, бросали остальное. Случались смерти, как нечаянные, так и необходимые. Капитан, который в самый первый день, много лет назад, отказался пускать их на корабль; Медуза не нашла другого выхода. Она просто подняла на него взгляд и сообщила штурману, стоявшему позади, – капитан теперь он.

Позже, на том же судне, нетрезвый юноша, в надежде на ночное свидание, случайно зашел не в ту каюту. Медуза снова встала на пути у судьбы. Лучше пусть вырастет число отобранных ею жизней, чем рискнуть остатками человечности сестер. В конце концов, ничто не терзало Медузу сильнее, чем гибель родителей.

В первые месяцы, поднимаясь на борт одного корабля за другим, Сфено молчала. Только тихо плакала, по ночам плач становился громче и затихал к восходу. Тело сестры подверглось большему изменению, чем просто появление змей. Ее позвоночник изогнулся, лопатки раздались в стороны под неестественными углами, причиняя боль при каждом движении. Медуза была рядом с ней каждую минуту путешествия, повторяя немногие слова утешения, а Эвриала продолжала осыпать небо горькими проклятиями.