Онлайн книга «Не убегай»
|
— Я вот только… — он делает паузу, будто подбирает слова, — предательства никогда не уважал. В комнате повисает тишина. Я чувствую, как кровь начинает стучать в висках… — И никогда не прощал. Я смотрю то на него, то на паспорт, а когда я смотрю на паспорт, Мурад становится еще злее. Я это чувствую — он начинает вибрировать… Встретившись с демонами в его глазах, я вдруг понимаю одну очень неприятную вещь. Кажется, именно сегодня мне придется познакомиться с настоящим Мурадом Шахом, которого раньше я даже не знала. — Я не уточнил при нашем знакомстве… — Что… — я шумно сглатываю. — Что ты не уточнил? Его кадык дергается, и Мурад делает шаг вперед, загоняя меня в угол. — По шкале от одного до десяти, на сколько ты любишь боль? Глава 58 Мурад В груди у меня творится что-то ненормальное. Будто кто-то вывернул сердце наизнанку и теперь медленно сжимает его в кулаке. Впрочем, не кто-то, а одна конкретная особа. В которую я влюбился, блядь, как зеленый пацан, а теперь приходится потрошить себя изнутри, чтобы заставить себя снова чувствовать, а оно нихуя… Не получается больше чувствовать. Там все нахуй атрофировано. В голове нет мыслей. Там нет ни порядка, ни логики — только ебучий ураган из пустоты. «По шкале от одного до десяти, насколько ты любишь боль?» Она не ответила на мой вопрос. Промолчала, упрямо поджав губы. А я ждал ее ответа как конченный придурок и так и не дождался. Что ж, придется гадать самому… Я заторможенно скольжу взглядом по ее комнате. Осмысление всех событий сейчас приходит с большим опозданием, ибо внутри все атрофировано, но мозги соображают, что здесь явно произошел ураган. Адель в отчаянии искала паспорт, который я вообще-то забрал еще за пару недель до свадьбы, в день, когда навещал малого и передавал ее семье деньги. Доверяй, но проверяй — это отцовский совет, которому я следовал. И не зря, потому что второй паспорт — это нехилый запасной аэродром. И она собиралась им, блядь, воспользоваться… Кто бы сомневался? Да все, кроме меня. Уебан доверчивый, блядь. — Мурад… Услышав свое имя, невольно приходится фокусироваться в реальности. Не сразу понимаю, что она, это создание, обращается именно ко мне. Что это вообще-то мое имя… Что в моих руках ее паспорт. Что я загоняю Златовласку в угол, а она храбрится, хотя нихуя не понимает, что ее ждет. Я и сам не понимаю, что хочу с ней сделать. Я не хочу ее. Я ничего сейчас не хочу. Это вообще странное ощущение — слышать свое имя из ее рта после всего, что произошло. Я сейчас только одного понять не могу — в какой именно момент все пошло к чертям собачьим? Нихуя не пойму. Я опускаю взгляд на обложку французского паспорта и невольно усмехаюсь. Франция. Билет в беззаботную жизнь. Пока сотни гостей обсуждают позор моей семьи, сама жена тихо собирается сесть в самолет и улететь к чертовой матери. Неплохо. Очень неплохо. — Тебе нужен этот паспорт… — спрашиваю негромко. — Ты уже спрашивал… — Я забыл. Я честно забыл. Мозг атрофирован. И с большой вероятностью я забуду вообще нахрен все, что здесь произойдет. В груди грохочет сердце. Или остатки от него. И это не просто злость — нет, слишком просто было бы назвать это злостью. Там целый ад. Где-то между ребрами сталкиваются ярость, унижение, желание разнести половину этого дома… |