Книга Отель «Реббека», страница 65 – Рада Артемьева

Следователь слушал Эллен, находясь в состоянии, больше похожем на дремоту, тем не менее все детали рассказа усваивал четко. Он смотрел на Эллен с особой пытливостью, но в беззащитном выражении ее глаз не замечал лживости. Эта девица свято верила в то, о чем рассказывала. Может быть, она была непричастна к убийству? Ее убежденность – это лишь дело рук Николя? Втянул девочку в преступление, обманул, заставил поверить в какую-то сказку, наговорил ерунды! И ведь она верит в это сейчас, верит в какое-то существо по имени Меркьюри.

Гозлан состроил вид искренней скорби. Ну что теперь делать с ней? Что теперь делать с этой наивной девицей?

— Мадам Шанталь, – с грустью сказал он и выдохнул, – вы продолжаете стоять на своем, я вижу. Вы серьезно верите в то, что говорите? Или просто обманываете меня? Поверьте, я все равно узнаю правду. А вранье я не люблю. Если я узнаю, что вы все-таки притворялись, чтобы оправдать Николя, вы будете отвечать по всей строгости закона. Я вам это обеспечу. Понимаете?

Эллен божилась, что врать неспособна. Вот недоговаривать – это, конечно, ей присуще. Но лгать, тем более следователю, она просто не в состоянии. Она прекрасно понимает, что дело серьезное. Умер невинный человек, а других невинных пытаются привлечь к наказанию. Разве может она так рисковать? Особенно если дело касается ее самой.

— Легенда звучит абсурдно, я понимаю, – сказала Эллен. – Но все произошло так, как рассказывал мсье де Бриссак. Один в один!

Гозлан ухмыльнулся.

Еще бы, подумал он. Все это рассказывал мсье де Бриссак. А кто же? Он эту историю придумал, он ее и разыграл.

Эллен удалось понять мысли следователя.

— Не надумывайте себе лишнего, – взмолилась она. – Мсье де Бриссак знал о легенде столько же, сколько я. Ему о ней рассказывали родители, дед, вы понимаете? Это старая легенда, в которую верили здесь поколениями.

Гозлан нахмурил брови, но ничего не сказал. По его виду можно было судить о грандиозном недоверии. Замкнутость сводила на нет любые попытки наладить контакт.

— Зачем этому мсье Меркьюри понадобился швейцар? – поинтересовался Гозлан. – Его не заселили, ему нахамили при входе… и все? Это причина?

— Сложно сказать, – ответила Эллен. – Я не знаю, зачем вообще этой семейке приезжать в «Реббеку», тем более так спонтанно. Что они здесь делают и почему так важно следовать инструкциям? Понятия не имею.

Следователь сделал глубокий вдох. Он уже опросил Франсиса Галена, мадам Вандербеш и Жиля, поэтому знал: всем этим людям знаком мсье Меркьюри и все как один твердят о легенде. Сотрудники, как заведенные куклы, говорят одно и то же. Им что здесь, в «Реббеке», внушают идеи под гипнозом?

— Вы посмотрели видео с камер, так ведь, мсье Гозлан? – спросила Эллен с упованием. – Я надеюсь, вы убедились в том, что Меркьюри здесь был?

— Посмотрел.

— Ну и?

— Ну и удивился тому, как кто-то филигранно избавился от видео.

— Что? – вскрикнула Эллен и едва не подавилась слюной.

— Видео с вашего сервера были удалены, мадам. Конкретно за тот вечер.

— Не может быть!

— Что забавно, утренние видео следующего дня на сервере есть. А вот с фестиваля куда-то исчезли. Словно их кто-то стер.

— О Боже! Как это может быть правдой? Кому это могло понадобиться?

Гозлан помолчал. Ответить здесь было нечего.