Книга Отель «Реббека», страница 41 – Рада Артемьева

Сердце билось, как сумасшедшее, пугалось каждого удара грома. Ковер на полу казался страшно пестрым. Эллен не поднимала глаз. Морган поглядывала на нее многомысленно. Наверное, не могла понять, что происходит с их так называемой начальницей. Опустила глаза во время хвалебных речей директора? Что так? Скромничает или выпендривается?

Конечно, Эллен читала отзывы о фестивале в прессе: здорово, лестно, что и говорить, но все же мучительные угрызения совести не давали сильно обрадоваться. Она носила в себе страшную тайну: из-за ее ошибки умер человек. Можно ли было радоваться чему-то прочему? Отзывы, похвала, какие-то слова одобрения – все это сейчас уже было мишурой.

Собрание на этот раз стало коротким. Николя долго не затягивал. Обсуждать было нечего, да и не хотелось: новость о Венсане требовала сдержанности и даже немногословности. Как-то не слишком уместно обсуждать в праздных беседах такие страшные вещи. Николя дал распоряжения относительно мероприятий, связанных с похоронами Венсана, и все разошлись на этом.

Вечер после убийственной новости не мог пройти легко и душевно. Эллен сидела на краешке кровати в своей комнате и несколько минут смотрела в стену. Одна туфля осталась на ноге, вторая была откинута в сторону. Трагическое событие с Венсаном разбудило каждый нерв, заняло мысли. Эллен впала в настоящую заморозку и практически не двигалась.

«Они умерли друг за другом через две недели» – эти слова Николя крутились в голове, подобно шарманке. Словно неутихаемая песня, въедливая, тоскливая. Предупреждения директора не могли покинуть сознание и сейчас токсично разъедали каждую клеточку мозга.

Умерли друг за другом.

Через две недели.

Эллен закрыла глаза. «Он убьет нас медленно, – подумала она, сдавшись пагубным мыслям. – Все кончено для нас с Франсисом, кончено. Мы следующие. Следующие за Венсаном. Теперь Меркьюри хочет наказать виновных. Он принялся истреблять нас по одному».

Эллен сидела в одной туфле, прибитая ужасом. Она вдруг почувствовала, как под рукавом что-то навязчиво чешется. Все последние дни на сгибе руки кожа зудела, но было не до этого – в такое время некогда интересоваться собой. Эллен задумчиво поскоблила кожу под блузкой, затем еще чуть-чуть и еще. Приподняла рукав: на поверхности кожи красовалось красное, расчесанное пятно с запекшейся кровью.

Бог мой!

Она соскочила с кровати.

— Что это такое? – выкрикнула Эллен. Несколько секунд ошарашенно разглядывала покраснение, после чего принялась скидывать блузку.

Рукава, как назло, тяжело стягивались: намертво схватились за запястья. Пришлось вывернуть их наизнанку. Проклятые запонки мешали. Эллен с силой рванула ткань – изделие затрещало и выпустило руки на волю. Одна из пуговиц упала на пол.

Она отшвырнула блузку в сторону и вытянула руки локтями книзу. Одно огромное расчесанное пятно, уже напоминающее коросту, располагалось от мышцы плеча и тянулось едва ли не до запястья. Всхлипывая, она потрогала кожу, пытаясь распознать природу высыпаний.

«Это то же самое, что было у Венсана?» – спросила себя Эллен. То же самое, что она видела у него?!

Выступили слезы. Хлюпая носом и нервно хватая ртом воздух, она оглядывала живот: по бокам такие же пятна. Боже, да она вся в этой сыпи! Только не это! Нет!