Книга Бегство в пустоту, страница 138 – Александр Чернов

Мужику было лет сорок. Выше среднего роста, широкоплечий, с мощной грудной клеткой. Черты лица крупные, грубоватые, будто вырезанные из дерева рукой не очень умелого мастера. На большеватом носу как-то не очень уместно сидели оптические очки с сильными линзами. Одет в костюм темного цвета в серую полоску, темную же куртку и утепленные туфли, но общий вид довольно импозантный, вполне соответствующий офисному работнику, занимающему руководящую должность.

Я дождался, когда отгрохочет уходящая электричка, подошел к мужику и на всякий случай уточнил:

— Павел Вечкилев?

Каменное, вернее деревянное лицо мужика оживилось, если считать оживлением то, что уголки его губ чуть растянулись, отчего щеки стали казаться пухлыми.

— Да, – громко сказал мужчина, поскольку на сей раз подошла электричка уже с другого края платформы. – А вы Игорь Гладышев? Налоговый инспектор?

Я, чтобы не перетруждать голосовые связки, перекрикивая шум останавливающейся электрички, в знак согласия кивнул, а когда электричка остановилась и стало потише, спросил:

— Давно ждете?

Павел сунул руки в карманы куртки и покачал головой.

— Только что подошел.

— Давайте поднимемся наверх, – предложил я, уступая дорогу какой-то тетке, перевшей с чемоданом на колесиках прямо на мою персону. – А то здесь поговорить не удастся.

— Пойдемте, – не стал противиться Вечкилев.

Мы поднялись из метро на улицу Маросейку, закованную в асфальт и квадратную тротуарную плитку. Ни одного деревца! Как в каменной пустыне. Было уже темно, кругом светились вывески всевозможных заведений, реклама, окна домов и витрины магазинов, кафе и баров. Дул ветер, дождя не было, но тучи висели низко, обещая излить в скором времени влагу. Я поежился и, сунув руки в карманы куртки, поплотнее запахнул ее.

— О чем вы хотели поговорить со мной, Игорь? – спросил Павел Вечкилев, тоже запахивая плотнее куртку. Он явно нервничал, не понимая, чего от него хочет налоговый инспектор.

— У меня предложение, Павел, – я сделал доброжелательное выражение лица. – Давайте посидим где-нибудь в кафе, выпьем граммов по сто-сто пятьдесят чего-нибудь горячительного. А то холодно как-то. Ну и потом поговорим.

Вечкилев криво усмехнулся:

— Здесь центр города, Игорь. Вы знаете, какие в этом районе Москвы цены?

Я приподнял и опустил плечи, демонстрируя таким образом безразличие.

— Знаю. Я плачу.

Посиделки в кафе тоже относились к тем «транспортным расходам», о которых я говорил брату Татьяны Неделькиной Евгению Душкину, смахивающему на Мефистофеля. Между прочим, приятный момент в работе частного сыщика – посидеть на халяву в каком-нибудь питейном заведении столицы.

— Какой-то вы странный налоговый инспектор, – как-то недоверчиво произнес Вечкилев. – Приглашаете выпить за свой счет.

Я хмыкнул:

— Мне вот премию дали. Хочу обмыть.

Павел качнулся с пятки на носок и неуверенно проговорил:

— Вы знаете, я за рулем. У меня машина здесь рядом с работой стоит.

— Я тоже за рулем, – бесшабашно сказал я. – И у моей работы тоже машина стоит. Но такси, метро довезут куда надо.

По-видимому, мои доводы заложить сегодня за воротник были убедительными, и Павел согласился:

— Ну что ж, давайте употребим. Здесь неподалеку есть одно питейное заведение, «Моряк и альбатрос» называется. Там можно посидеть.