Книга Месть Танатоса, страница 206 – Виктория Дьякова

Райч сразу узнала ее. Спросила коротко:

— Где ты?

— Ральф, где мы? — Маренн дернула Ральфа за рукав. Эфир затрещал. Маренн испугалась, что потеряет Райч.

— Лена!

— Я слушаю, — донеслось до нее сквозь шум.

— В каком мы квадрате?

Ральф быстро показал ей на карте.

— Лена, ты слышишь! — Маренн отчаянно пробивалась сквозь помехи. Голос Райч захлебывался в волнах эфира.

— Я — Орел-1. Вас поняли. Летим. Держитесь, — последние слова растаяли, как будто канули в пропасть. Снова какой-то радист безуспешно вызывал «Кондора», доносились раздраженные голоса на чужом языке. Затем все стихло. Наверное, кончилась батарейка. Но это уже было неважно.

— Они летят, — радостно сообщила Маренн, сжимая локоть Фелькерзама. — Они летят за нами. — Слезы катились по ее щекам. Оглянувшись, штурмбаннфюрер грустно улыбнулся и удрученно покачал головой.

— Они не успеют, Маренн. У нас мало патронов. Поздно.

— Но теперь мы не имеем права умирать!

Вытерев слезы, Маренн решительно взяла автомат и легла на траву рядом с Ральфом.

— Мы должны продержаться. Здесь. Иначе они не найдут нас.

* * *

— Госпожа полковник, — голос начальника радиоцентра в телефонной трубке звучал взволнованно, — только что один из разведчиков принял по рации сигнал. Передают с неизвестной радиостанции из оперативного тыла русских. Видимо с одной из брошенных, наших. Разведчик поймал Ваш позывной «Орел-1»…

— Сейчас приду, — Хелене Райч быстро встала из-за стола, — принят сигнал из тыла русских, — сообщила она Скорцени. — Мой позывной. Я думаю, это они. Идем.

— Из какого квадрата передают сигнал? — спросила она начальника центра, когда вместе со Скорцени они пришли к радистам. Майор указал ей на карте предполагаемое место передачи.

— Не так уж близко от линии фронта, — задумчиво произнесла Хелене и тут же потребовала:

— Дайте мне разведчика.

Надев наушники, спросила:

— Я — Орел-1. Где Вы сейчас находитесь? Что видите в квадрате? Можете подлететь ближе? Я понимаю, что зенитки, но постарайтесь подлететь ближе.

Потом она обратилась к начальнику радиоцентра.

— Мы можем поймать эту радиостанцию в эфире? — спросила она майора. — У нас хватит мощности?

— Очень трудно, — покачал головой шеф радистов, — Но попробуем. — Подойдя к своим подчиненным, он дал указание. Напряженно тянулись минуты ожидания. Наконец сквозь треск помех до них донесся слабый голос: «Орел-1, Орел-1».

— Громче! Можно громче?! — приказала Лена радисту.

— Это невозможно, госпожа полковник, — возразил тот. — Это максимум что можно сделать. У передатчика малая мощность, фактически предельная и к тому же далеко.

— Ким! — узнав голос, Скорцени схватил микрофон, но Лена остановила его. Ответила сама.

— Я — Орел-1! Слушаю Вас, — неожиданно треск стих, и они отчетливо услышали тихий далекий призыв: «Лена!», «Лена!»

— Где ты? — прокричала Райч. — Я — Орел-1. Я слушаю. Где ты? Черт, ничего не слышно. Что она сказала, в каком они квадрате?

— Разведчик передает, — доложил другой радист, — в квадрате, откуда получен сигнал, идет бой.

— Все ясно, — поняла Лена, — они там.

— Я — Орел-1, — снова прокричала она в микрофон. — Держитесь. Все поняли. Летим.

Ответ они не расслышали. Помехи заняли эфир. Хелене Райч сбросила наушники.

— Прикажите разведчику возвращаться, — распорядилась быстро. — Я полечу сама.