Книга Тайна «Лисьей норы», страница 50 – Виктория Дьякова

Учился Игорь не в Солнцевске – в элитной питерской гимназии № 2 на улице Казанской. Илья Ильич сначала снял квартиру на Конюшенной улице, с видом на Спас на Крови, а когда финансы позволили – приобрел ее в собственность. Игорь жил в квартире с бабушкой, бывшей главной солнцевской почтальоншей. Когда он был в пятом классе, к ним присоединилась сестра Игоря Полина – она пошла в первый класс той же гимназии. На каникулы Игорь ездил в Солнцевск. Но так как друзей в поселке у него не было, он проводил все время с бабушкой или гулял по округе.

В Солнцевске Илья Ильич отстроил роскошный дом – не хуже елениевского. На противоположном холме, так что выходило, что два дома, старый, разрушенный, и новый, с иголочки, со сверкающими широкими окнами, смотрели друг на друга. В какой-то момент Воскресенцев-старший, наслушавшись рассказов своего главного инженера Боброва об истории елениевского дома, хотел построить замок, напоминающий усадьбу.

Илья Ильич легко поддавался влиянию, и намерения Боброва построить похожий дом у озера не давали ему покоя. Но Антонина Владимировна никому не позволяла влиять на супруга – свои позиции она сдавать не собиралась. А Антонина Владимировна никакой старины не любила – все только новенькое и желательно импортное. «Ничего у нас хорошего не сделают, – заявляла она. – Ни до революции, ни после. Все надо западное брать».

И брала. Устроила собственное гнездо, оборудовав его самыми современными телевизорами, холодильниками. Обставила дорогими гарнитурами. На склонах холма посадили чуть не сотню турецких роз, а в дом завезли ко всему прочему двух кошек иностранной породы сфинкс – Антонине Владимировне нравились их сморщенные мордочки.

Всю неделю с утра до вечера родители пропадали на комбинате, бабушка занималась с маленькой Полиной, а Игорь по большей части был предоставлен сам себе.

Презрения матери к руинам он не разделял. Напротив, елениевская усадьба влекла его своей историей. Рассказы о том, что в старом доме обитают призраки, Игорь всерьез не принимал. Он унаследовал от матери не только волевой характер, но и холодный, скептический склад ума.

Дома у Воскресенцевых о призраках никогда не говорили – даже темы такой невозможно было представить. Больше о прибыли, о кэше. Как слить, как отмыть и куда спрятать. Денежки, конечно. Какие уж тут призраки?! Не до них, явно.

Игорь частенько ходил прогуливаться в елениевский парк и заходил внутрь дома, один. Никаких призраков он ни разу не встретил. Один раз даже ночью пошел с фонариком – и то ничего. Зато в усадьбе он познакомился с очень интересным человеком.

Питерский антиквар Анатолий Петрович Игнатьев приезжал в Солнцевск к родственникам на лето. Он серьезно занимался изучением елениевского наследства. Собирал документы, скупал на аукционах вещи, когда-то принадлежавшие графу и его жене. Он рассказал Игорю много интересного об истории дома и его дореволюционных обитателях. Игнатьев был буквально помешан на всем, что было связано с Елениевыми.

Игорь не заметил, как и сам всерьез увлекся. Они по-настоящему сдружились с Игнатьевым, несмотря на разницу в возрасте. В Питере Игорь частенько навещал антиквара. Они вместе изучали аукционные каталоги, отыскивая вещицы, которые могли быть как-то связаны с Елениевыми.