Онлайн книга «Марионетка»
|
Романов спросил: много ли в правоохранительных органах поэтов. — При чем здесь поэты? – удивился Малявин. — При том, что, по словам твоих психологов, одним из возможных мотивов поведения Демиурга является желание доказать свое превосходство над автором песен! А каким образом он может доказать ему свое превосходство? — Каким? — Каким-каким! – передразнил Малявина Романов. – Ну не перерезав же половину города! Что ты, в самом деле, как глупый! Малявин не согласился с тем, что он глупый: — Ты сам дурак, если считаешь, будто преступники-менты при желании не смогут заморочить головы ментам-психологам. Романов решил не спорить. Подвинув к себе папку, молча прочитал последнее послание Евы, в котором говорилось о том, что Демиург с Пиратом – извращенцы, для которых творчество Харякина – тайна за семью печатями, забрал у Малявина бутылку и разлил по новой. Малявину это не понравилось. Стараясь говорить как можно весомей, спросил Романова, не много ли тот пьет. — Может, хватит? Пей хотя бы как я! Покачав головой, Романов выразил сомнение в том, что ему когда-либо удастся выпить такое количество спиртного. — Водка до добра не доведет! Романов ответил: ни хорошего вина, ни денег на хорошее вино у него нет. — Пей, но знай меру! И Романов пил. До тошноты, до рвоты, до утренних приступов отчаянья из-за того, что не может не пить, до желания раз и навсегда покончить с нетрезвой жизнью, а заодно с теми, кто считает, будто он, Василий Романов, самый известный в городе поэт, – вульгарный пьяница. * * * Как городские власти ни скрывали, но слух об убийствах, анонс которых любой желающий мог прочесть на гостевой книге персонального сайта рок-музыканта Михаила Харякина, прокатился по городу в считаные дни. Многие считали это проделками столичных политтехнологов, наводнивших город в преддверии выборов губернатора, однако, после того как убили Барыкина с полковником Власовым, а вечером двадцать четвертого февраля тело пожилой нищенки упало на головы прохожих с крыши одного из домов по шоссе Лейтенанта Обочина, месторасположение которого соответствовало координате сбитого Демиургом однопалубного корабля, стало окончательно ясно: на улицах города действительно орудуют маньяки. Оправившись от первого потрясения, горожане обсудили сложившуюся ситуацию на страницах Интернета и пришли к выводу о том, что убийств могло бы и не быть, если бы те, кто в свое время потворствовал всякого рода преступникам, были вовремя наказаны. А именно: милицейский начальник, неизвестно на какие деньги построивший огромный коттедж в Мыскино; банкир, в августе девяносто восьмого безнаказанно обворовавший сотни горожан, значительную часть которых составляли простые люди; кандидат в губернаторы – бывший начальник управления муниципальной собственностью, чья личная собственность, по слухам, теперь не уступает муниципальной; бомжи, разорившие не один садовый домик в предместьях города… События, последовавшие вслед за убийством нищенки, только утвердили горожан в их мнении. Стоило Демиургу сбить двухпалубный корабль, а Пирату застрелить начальника управления по социальной политике администрации города – известного правозащитника Якова Слуцкого, как тут же раздались голоса, утверждавшие, будто вся политика Слуцкого заключалась в том, чтоб как можно туже набить собственный карман. И даже несмотря на уважение, каким убитый пользовался при жизни, а также опровержения, последовавшие вслед за выдвинутыми обвинениями, нелепыми по сути и оскорбительными по форме, отношение к Слуцкому в частности и ко всем пострадавшим от маньяков вообще, не изменилось. Город вынес свой вердикт: убили, значит, было за что, – и отменять его из-за такого пустяка, как несправедливо пострадавшая репутация одного еврея, не стал. |