Онлайн книга «Дело влюбленного киллера»
|
— А цвет? — Что-то зеленое. Вроде как у Пашкиной подруги было. — Скажите, – вдруг осенило Алексея, – а не она ли это и была? — Здрасте! Я же тебе говорила, что она как раз перед этим с Пашей и уехала. – Старуха удивилась непонятливости собеседника. – Я же, милый мой, всех тутошних жильцов по походке знаю. Никогда не перепутаю, кто по лестнице поднимается или спускается, мне и в окно выглядывать не надо. Маринка та, Македонская, легко ходила, ее почти и не слышно было. Цок-цок, и нету. А эта, как лошадь, своими каблучищами, еще и ногами шаркала… «Значит, не Марина, – угрюмо размышлял Нертов, распрощавшись с бабулей, – а кто-то другой, одетый под нее. Вопрос: зачем? Чем дальше в лес – тем толще партизаны… Впрочем, нет. Убийство, судя по всему, было случайным: вернулся незапланированно домой, застал нежеланных гостей, и вот результат. Повесить на Марину хотели скорее просто квартирную кражу: то ли для того, чтобы замести следы, то ли чтобы скомпрометировать перед актером, почему бы и нет? Какая-нибудь его прежняя подружка проклюнулась, отомстила – запросто может быть… Еще один мотив». Дело лишь осложнялось этим новым обстоятельством… Алексей завернул во двор посмотреть, что ему посоветовали. Так и есть: под окнами квартиры Македонского наискось шел крытый железом широкий козырек пристройки. Убийцам, если они только не были немощными калеками, не составило труда выпрыгнуть из окна и спуститься на землю по этому козырьку. Старуха и не должна была слышать шагов на лестнице: парочка, безусловно, покинула дом через двор. Кем же они были? Девица-подстава – в этом Алексей почти и не сомневался, зачем же еще надо было нацеплять на нее пальто в точности, как у Марины, и этот человек? Не тем ли вторым пассажиром, что сидел рядом с Войцеховской в «Ниве»? И не тем ли, кто навещал Марину под именем Шварца? Ответ на последний вопрос, возможно, могли дать сыщики, следившие за «Нивой». Но они погибли. И назавтра были назначены их похороны. Вдруг вспомнились слова Честертона, вложенные писателем в уста незабвенного пастора Брауна: — Где прячут лист? – В лесу. Где прячут камень? – На морском берегу. Где можно спрятать труп? – В куче других трупов… Легко было рассуждать героям времен, когда были лишь три мотива убийств: наследство, титул или месть. «Хотя… – Алексей бросил прощальный взгляд на эти кладбища, обитатели которых наверняка унесли с собою в могилы тысячи и тысячи кровавых тайн и неразрешимых загадок. – Что, собственно, изменилось? Мотивы все те же. Что же это тогда строить версии только на деньгах? Разве не мог кто-то пожелать смерти его отца из мести, вовсе не связанной ни с делами завода, ни с деньгами? Месть… Нелепое вроде предположение, но почему «нет»?.. Он выехал уже на набережную Невы, повторяя про себя: «Где прячут лист – в лесу. Где прячут камень – на морском берегу… А где прячут деньги? В куче других денег! Как же я не догадался прежде?»… Если причиной устранения его отца были деньги, то искать эти деньги, а значит, и мотивы убийства, надо было в самом банке, и только там. К черту старомодную месть! Это уже совсем иной поворот: финансовые интересы клиента Нертова-младшего могли разойтись с интересами Нертова-старшего. А это значило, что заказчиком убийства отца Алексея мог быть не кто иной, как интеллигентнейший Андрей Артурович Чеглоков, который так живо интересовался судьбой несостоявшейся киллерши! |