Онлайн книга «Дело наследников в законе»
|
В голове зашумело еще больше. Вспомнился далекий фильм про инквизицию, виденный в детстве. Сложенная вчетверо бумажка торчала из кармана пиджака собеседника, и Курлыков с ревом кинулся на инспектора, надеясь ее выхватить, но тут же рухнул на диван, ибо француз, предвидя такой вариант, выставил правую ногу, угодившую арестанту в живот. Полицейский тотчас подскочил к Курлыкову, завел руки за спину и затянул наручники, так что хрустнули косточки. Инспектор же снова уселся, помахивая злосчастной бумажкой. — Ты думаешь, мы будем пачкать руки сами? Нет. В соседней камере сидят трое алжирцев, которых должны завтра выслать домой за участие в подпольной организации. Они ненавидят всех белых. Им будет приятно тебя бить. Много бить. И еще. Один из них, как вы говорите по-русски, забыл… да, вспомнил, петук. Он захочет делать с тобой то, что ты любишь делать с девочками. Он будет делать так до утра. А когда тебя отдадут русским, мы найдем, как сообщить в вашу тюрьма, что теперь ты сам – петук. «С… и! И у них есть своя пресс-хата. Опустят и пошлют домой. Европа, твою мать. Свобода. Но я же не знал, что у них можно подписать какую-то хрень – и с тобой можно делать что захотят. Нет, к алжирцам никак нельзя!» — Товарищ инспектор! – заорал ничего не соображавший Курлыков. – Я хочу говорить! — Тебе товарищ – волк из тамбовской группировки, – рассмеялся француз. «Все знает, сволочь. В Питере, что ли, стажировался? Нет, колоться придется на полную катушку. Но как мог я, кретин, такое подписать?!» — Господин инспектор. Я приехал во Францию, чтобы помочь похитить одну девушку… Мсье в штатском включил диктофон. После этого Курлыков почти полчаса рассказывал и о том, как прибыл на Лазурный Берег, и как их шеф Борис долго составлял план нападения на Нину. Разумеется, о своей роли арестант старался говорить поменьше. Можно было подумать, что его включили в состав группы как мальчика на побегушках: то принеси, туда слетай. Нападали и стреляли все остальные, а он же только и делал, что просил их отказаться от нарушения закона и вернуться в Россию. Француз потребовал рассказать и о том, как охотились на Нину Климову в России. Ничего не оставалось, как вспомнить и случай на Мойке, и попытку взять девушку на ферме. Дойдя до случая с Катей, Курлыков постарался избежать некоторых подробностей: вдруг француза это возмутит и тот все-таки организует «знакомство» с алжирцами? — Это действительно все, – арестант уже весь взмок, – больше не знаю. – Инспектор кивнул полицейскому, тот снял наручники с Курлыкова. — Ты оказал мне услугу. И я хочу дать тебе советы. Во-первых, если ты еще раз попадешься в нашу полицию – требуй сперва не консула, а переводчика. Тогда у тебя не будет неприятностей. Не торопись подписывать бумажки. Неужели вы, русские, так и не научились, что нельзя подписывать все? Сегодня же тебе не должно быть страшно. Пытки во Франции отменены давно. Ты знаешь, что я написал в этом листочке? Я написал, что президент России назначил тебя министром внутренних дел. — А зачем это все? – растерялся Курлыков. — Я должен помочь своему другу, – ответил француз. Больше он не сказал ни слова. Он, конечно, мог бы объяснить Курлыкову, что сам он – начальник сыскного агентства Пьер Венсан. А его старый приятель, комиссар полиции Сантэрэ разрешил ему побеседовать с мелким русским бандитом, задержанным за банальный рэкет. Каждое утро, не выходя из своего офиса, Пьер просматривал присланные по электронной почте из полицейского участка фотографии задержанных, сличая с уже имеющимися снимками. Сегодня повезло. Но зачем об этом знать Курлыкову?.. |