Книга Тайна голубого стакана, страница 112 – Алексей Попков

«Может быть, Шаронов сам и подбросил мне эти все вещи», – неожиданно пришло в голову Борису.

Но кто же он такой? Во всяком случае, не горняк! Горняцкое обличье скорее всего только маскировка, с помощью которой легко и удобно можно спрятаться от правосудия. А как он уверенно держал себя и какая в голосе его чувствовалась твердость, когда он обещал помочь, если Борис будет делать все, что ему прикажут. Может быть, в смерти Гущина этот Шаронов тоже замешан. Теперь Подкорытов был совершенно уверен, что Шаронов – хитрый и умный враг.

«Что же, тем заманчивее потягаться с ним силой».

После продолжительного раздумья Борис пришел к выводу, что решение ждать Шаронова будет единственно правильным. Успокоившись, он закурил папиросу, прилег на кушетку и не заметил, как задремал.

Стрелки часов показывали десять часов утра, когда Подкорытов проснулся.

— Проспал! – с тревогой проговорил он вслух, приподнимаясь с кушетки. – Так, чего доброго, я и Шаронова пропущу, и Тимофея Трифоновича в кабинете не застану!

Потом, сообразив, что до конца дня еще далеко, Борис успокоился и снова лег.

Увидев свежую газету и вспомнив, что он ее еще не читал, Борис протянул за ней руку. Неожиданно вместе с газетой со стола упал на пол голубой конверт. «Началось», – с радостью и с тревогой подумал Борис. Он с нетерпением схватил его и, быстро разорвав, прочел текст неизвестно кем подброшенной записки.

«Гражданин Подкорытов! Вам необходимо сегодня же явиться в город к 2 часам дня по адресу – Пушкинская, 40. Вас встретит пожилой человек. К нему не подходите, он сам увидит вас и поведет туда, где вам быть нужно. Опасаться вам пока нечего. Но в случае неявки за последствия мы уже не отвечаем. Если пожилого человека на месте не окажется, разыщите Цирковую улицу и по возрастающим четным номерам дойдите до двухэтажного домика с балконом. Зайдите во двор и постучите в дверь квартиры номер 2.

Если на ваш стук не откроют, вернитесь на улицу и посмотрите на балкон: там должен стоять цветок герани. Это означает: приходите завтра, сегодня опасно.

Не вздумайте показать кому-либо это письмо: за вами следят. Не спешите умереть!

Ваш друг».

«Вот и началось, – вновь мысленно повторил Подкорытов и, вспомнив про письменный стол и его таинственную начинку, решил: – Значит, я поступил совершенно правильно, позволив Шаронову забрать найденные Ковригиной вещи и согласившись прийти по вызову».

Теперь Подкорытов был совершенно спокоен. Его лицо преобразилось, глаза светились решимостью, лоб прорезала глубокая складка.

Закурив папиросу, Борис глубоко задумался.

Теперь было совершенно ясно, что подброшенные вещи являются ловушкой, расставленной для поимки его в чьи-то сети. Сперва скомпрометируют и запугают, а потом постепенно толкнут на преступление. Провокация является традиционным приемом заграничных диверсантов. Что же, если так, значит, все идет, как надо!

Стоя возле окна, которое еще с вечера было открыто, Борис старался продумать, как ему лучше вести себя, чтобы не вызвать у врагов никаких подозрений.

Проще всего было бы немедленно отправиться по указанному адресу, узнать, что за люди вызывают его. Кто они? Какое дадут задание? А потом, когда точно выяснится, где они проживают и чего от него хотят, сразу же сообщить куда следует.