Книга Браконьерщина, страница 98 – Игорь Кожухов

Восьмого мая днём Филиппа Яновича, простого русского с настоящей душой, и взрослой собаки Рынды в лагере уже не было. Проходная калитка у широких, захлёстнутых цепью ворот, была завязана куском цветной бечёвки!..

После ухода деда стало совсем невмоготу. Как ни старался бегать, категорически нигде не успевал, а если учесть, что после ночи нужно было немного спать, то получалось, на лагерь времени и не оставалось. Очерёдность дальнейшего движения контролировал телефон, он теперь автоматически стал связующим звеном. Как бы ни было, приходилось основное время находиться на большой земле, следовательно, через меня, точнее, на мне сосредоточились все движения и организаторские вопросы. «Волшебная машинка» не замолкала ни на минуту, требуя помощи или совета, что часто заводило в тупик, в смешную, глупую или серьёзную ситуацию.

— Кирилла, привет, – через въедливый шум, как обычно, громко орал Брат Витька. – Ты можешь не отвечать пока, слушай. Я тута на самой высокой сосне гнездюсь, телефон глючит, связи нет. – Мне стал понятен шум в эфире. – Мы с Пасечником (его новый компаньон, как понятно из клички любящий мёд) рыбки нормально черпанули, а мотор, сука, стуканул. Помоги до берега добраться, мне вокруг острова за темноту не успеть…

Я выбегал за тополя к берегу и, смотря в сторону островов, тоже орал в телефон, надеясь, что меня всё же слышно.

— Ты дуру не гони, Витя. Пока светло, таскай мешки на эту сторону острова, к деревне. Потом пустую лодку тяните по ручью, между Рваных, там воды сейчас по колено, пройдёте. И не бойтесь: пока по мелям ползаете, никто не сунется к вам, у них лодки серьёзные, с высоким килем… А тут обойдёте, по сумеркам снова грузись и на вёслах два часа ходу. Под берегом встречу на технике, до Деда доброшу. Всё, делай, отключаюсь.

Если обратного вызова не было, значит, план принимался к действию.

В этом сезоне с нами стал работать местный мужик, дядя Ваня, вышедший зимой на пенсию. Сам раньше ходивший в воду, сейчас он решил, что, сделав холодильник и став посредником между нами и перекупами, будет иметь свой «рубь на масло». Это было очень удобно для нас: рыбу можно привозить в любое время и для спикулей – не нужно бегать по берегу в поисках товара. Вскоре его огороженная от «дурного глаза» ограда стала центром всего рыбацкого люда округи. Получив погоняло «Дед», он своей усидчивостью и трудолюбием занял пустующую нишу организатора и технического директора, в любое время предоставляющего всевозможную помощь. Здесь можно было спокойно получить любую консультацию по ремонту постоянно ломающейся отечественной техники, обязательно заправку бензином по цене АЗС и любого другого вопроса, включая споры за «ловчие места».

И ещё важно: советы он давал, но в душу никогда не лез! Явно чью-то сторону в спорах не принимал, в денежных вопросах отстаивал интерес именно рыбаков. В общем – появившись, Дед конкретно облегчил нам жизнь.

Для меня рыбалка становилась всё более хлопотной, хотя именно она приносила основной доход. Но параллельная жизнь всё сильнее требовала приоритета именно там, где нужно было отдавать, а не брать, отвечать, а не молчать, часто рисковать, принимая на себя ответственность за действия других.

Служба в пионерском лагере теперь мешала. И хотя договора я не подписывал, взятые обязательства всё равно нужно было исполнять. Решив отказаться от работы, позвонил в институт. Там, поняв, о чём спрашиваю, обрадовали: