Книга Браконьерщина, страница 37 – Игорь Кожухов

Он завёл свою технику, я – свою. Валерка, как летом, прикурил сигарету и, взглянув на меня, махнул рукой. Тронулись одновременно, немного разойдясь в стороны, пошли прямо на деревню. Мне казалось, что макаран идёт будто зимой по глубокому снегу, плавно разгоняясь и натужно рыча. Переключившись на третью скорость и отрегулировав устойчивый газ, посмотрел на Валерку, удивившись и испугавшись одновременно. Довольно высокие сани, с наложенной горой мешков, были видны немного выше половины! Нижняя часть макарана плыла над проваливающимся под колёсами льдом со вспененной от скорости водой. Сам Валерка, привстав над сиденьем с прилипшим к рукам рулем, хищно щерился, оскалив рот с торчащей в зубах сигаретой.

— Господи, помоги, – малодушно мелькнуло в голове, – ведь у меня всё точно так же?!

И уже стараясь ни о чём не думать, я прижался к баку и потянул руль чуть правее, где, как казалось, лёд был немного светлее…

У Валеркиного гаража, куда мы свозили улов, стоял уазик Иосифа и, увидев нас, он, улыбаясь, выскочил, затараторив:

— Только подъехал парни, как здорово! У меня на четыре тонны заказ, деньги сразу. – Он наигранно суетливо помогал Валерке открывать ворота и подталкивать к ним гружёные «макараны». – Спекуль один позвонил, большая партия нужна, срочно, сегодня-завтра за наличку!

Мы быстро скидали у ворот мешки, Валерка остался их таскать в гараж, я поехал за оставшимися. Земля от берега до гаража была уже сухой, всё, что по льду привозилось на санях, к гаражу нужно было возить на колёсах.

В этот раз рыбы действительно было много. Мы торопились, ведь сразу после сдачи нужно было ехать обратно, и время не оставляло нам шанса. Иосиф, на удивление, не торговался, сам раскладывал взвешенную рыбу в большие пластмассовые ящики и непривычно много говорил.

— Как чувствовал, прицепчик пристегнул, всё бы в салон не затарили. Сколько сегодня получится, завтра тоже полностью заберу. – Он утвердительно спросил: – Завтра же рыбка будет? – И сам же убеждал: – Будет, будет!

Через час мы закончили.

— Тонна пятьсот с граммами. – Перекупщик потыкал в калькулятор и озвучил сумму.

Валерка довольно хлопнул в ладоши:

— Вот это да, всегда бы так! За всё безрыбье нам задел!

Это он говорил каждый день, уже десятый раз. Деньги, как всегда, спрятали в грязную флягу, нищенкой стоящую под верстаком. Валерка налил по полстакана водки, но процесс чуть не испортил заскочивший Иосиф. Он дождался, когда мы проглотили жидкость, заели подсохшим салом, и только тогда заговорил:

— Парни, совсем забыл, извините, я завтра не смогу приехать, на работе проблемка небольшая… Ладочка приедет, вы уж помогите ей, сгрузите? Вот вам за услугу, возьмите. – Он подал красивую литровую бутылку водки. Потом вдруг как-то болезненно-настойчиво, исподлобья взглянув в мою сторону, добавил: – Она же девочка! А девочкам нужно помогать! Договорились?

Он ещё раз взглянул в мою сторону, растянул рот в улыбке и вышел…

Обратно на остров мы поехали другой, более дальней, но менее опасной дорогой, со стороны кордона. Напротив острова, где базировался Татарин, старое русло заужалось до трёхсот – трёхсот пятидесяти метров, что давало возможность сократить время движения по гиблому льду. Подъезд к этому перешейку был с бугров, а не с воды, и это давало возможность снизить риск вполовину.