Книга Предателей не прощают, страница 65 – Сергей Трифонов

Конечно, вести такое хозяйство и трудиться на основной работе – дело, прямо скажем, непростое, тяжёлое, но сельчанам привычное. Поэтому и дети с ранних лет были приучены вносить свой вклад в благополучие семьи, каждый на своём участке, определённом родителями. Именно по этой самой причине Мария имела некрасивые, натруженные руки, привыкшие к лопате, граблям, тяпке… Они с братом Борькой вставали, как и родители, с петухами и ложились спать, когда в доме и на дворе был полный порядок, а птица накормлена и напоена.

В семье чувствовался достаток. Благодаря заботам матери, все были прилично одеты и обуты. В доме имелась неплохая библиотека, Интернет, а у каждого из детей – свой ноутбук. Маша хорошо училась и мечтала поступить на английскую лингвистику в Краснодарский университет. По договорённости с матерью, они два дня в неделю дома разговаривали между собой только по-английски, поэтому Мария совершенно не боялась разговорной речи, чем в будущем удивила преподавателей.

Всё изменилось в одночасье, когда отец, сорокатрёхлетний крепкий мужчина, ушёл из семьи. Бросил сорокалетнюю жену, красивую казачку, любимых детей, крепкое, доходное хозяйство, хорошо оплачиваемую работу. Бросил всё и ушёл к молодой и бойкой дивчине, работавшей на одном из краснодарских рынков продавщицей одежды. Возможно, он встретил свою настоящую любовь. Возможно, что и устал от тяжестей сельской жизни, позарился на лёгкий заработок (устроился таксистом) и прелести жизни городской. Всякое могло случиться. Но мир его детей перевернулся, раскололся на «до» и «после». Померкли краски, притихли звуки, в их души поселилась обида и недоверие к людям. И хотя отец присылал деньги на содержание детей, материальное благополучие просело, денег стало не хватать. Маше и Борьке пришлось вкалывать по хозяйству за двоих. Как ни уговаривала мать поступать сразу после школы в университет, Маша отказалась и два года проработала учётчицей в пункте приёма зерна, чем сильно поддержала семейный бюджет.

В Краснодарский университет поступать побоялась, сдала документы и по итогам ЕГЭ и после собеседования была принята в Ставропольский государственный пединститут на профиль подготовки «иностранный язык и цифровые технологии».

С жильём повезло, ей сразу дали общежитие. И с девчонками, соседками по комнате, повезло. Двое их было, соседок. Обе, как и Маша, из села, но поступили по целевому направлению комитетов образования районов и после окончания института были обязаны пять лет отработать в школах. Как же потом Маша пожалела, что не взяла такое направление, гарантировавшее работу.

Жили втроём мирно, друг другу не мешали, совместно готовили завтраки и ужины из того, что присылали родители. Но подругами не стали: разные характеры, разный культурный и образовательный уровень, разные интересы.

Сдружилась Маша со своей одногруппницей, Гаджиевой Маисой, маленькой, кругленькой, черноглазой девочкой осетинкой. Маиса^[9] и вправду была похожа на тихую, застенчивую овечку. Она сторонилась людей, обижалась, когда в её адрес звучали насмешки девчонок-однокурсниц за её немодную одежду и обувь, на занятиях по английской фонетике стеснялась, что не может правильно произносить звуки… Маша полюбила эту скромную и милую девочку и взяла её под свою защиту. Она дополнительно занималась с Маисой фонетикой, долгими часами говорила с ней по-английски, и к концу первого курса Овечка, пусть и с ошибками, бойко заговорила по-английски. Преподаватели хвалили её, ставили в пример другим. Маиса просто расцвела, раскрылась подобно весенней розе, почувствовала себя уверенной и счастливой. Но как же была счастлива Маша!