Книга Предателей не прощают, страница 63 – Сергей Трифонов

Маленькое это было кафе, всего на четыре столика. Через час оно должно закрываться. Хозяин с помощником уже убрали столики с улицы, а в помещении отключили кондиционер, деньги нужно беречь. Карновский попросил что-нибудь поесть. Ему принесли большую тарелку с яичницей, жареным беконом, кусочками отварного картофеля, моркови и листьями салата. Он с жадностью набросился на еду и тут же почувствовал на себе чей-то взгляд.

На улице было уже темно, и в кафе царил полумрак, хозяин погасил основной свет, оставив гореть бра у стойки и входа. Там, на улице, за большим окном кафе, выходившем на кафедральный собор, стояла девушка. Она стояла, прижавшись ладонями к стеклу окна, и глядела на Карновского странным, напряжённым взглядом. Жутко стало хорватскому бизнесмену. Он спросил хозяина:

— Кто это?

Протиравший столики хозяин поглядел на окно и ответил:

— Странная какая-то. Второй вечер тут шляется. Похоже, голодная, денег нет. Я ей вчера кусок пиццы вынес, она поблагодарила, но в кафе зайти отказалась. Но красивая. Думаю, русская она.

Карновский помахал девушке рукой, приглашая зайти в кафе, но она отвернулась и ушла. Да, и вправду странная. Расплатившись, он вышел, повернул к парковке и тут же заметил ту самую девушку, сидевшую на ступеньках подъезда соседнего дома. Обхватив склонённую голову руками, она покачивалась из стороны в сторону. Карновский хоть и был большим негодяем и циником, но где-то очень глубоко, в потаённых чуланчиках его тёмной души, видимо, сохранились остатки сострадания и жалости. Он подошёл и спросил тихо по-английски:

— Простите, леди, могу ли я чем-то помочь вам?

Девушка подняла голову. Взгляд ее опухших от слёз глаз был усталым, в нём читалось и отчаяние, и страх, и безысходность. Она ответила почти шёпотом:

— Благодарю вас, сэр, мне никто ничем не сможет помочь.

— В вашем возрасте, леди, – дружелюбно заметил Карновский, – такие заключения делать рано. Вижу, вы в беде. Я, знаете ли, тоже, в некотором смысле. Поэтому предлагаю поехать хорошенько поужинать, а там разберёмся.

Он протянул девушке руку. С минуту подумав и ощутив в голосе и поведении незнакомца доброжелательность и искренность, она поднялась, опираясь на протянутую руку. В машине она спросила:

— Вы русский?

— Ха! – усмехнулся Карновский, – а что, видно?

— Вы хорошо говорите по-английски, но ваш язык архаичен, так учили в советских школах и советских вузах. Современный разговорный английский другой.

— А вы, случайно, не русская? – спросил Карновский, быстро соображая, можно ли девушке признаться, что он из России.

— Русская. А куда мы едем? Я ведь город совсем не знаю, – девушка перешла на родной язык, в котором звучали фонемы южнорусского или украинского говора, точно такие, как у его супруги.

— Я остановился в отеле «Park Lane», там отличные рестораны и приличная кухня. Если вам негде ночевать, я сниму вам номер.

— Это невозможно. У меня нет паспорта.

С минуту подумав, Карновский сказал:

— Ладно, что-нибудь придумаем.

Они ужинали на открытой террасе одного из ресторанов отеля. Только теперь Карновский смог рассмотреть свою визави. Девушка была среднего роста, с хорошей фигурой, длинными ногами и крепким, как у спортсменки или занимающейся тяжёлым физическим трудом, телом. Миловидное лицо с большими зелёными глазами, короткая стрижка густых чёрных волос. Не сказать, чтобы яркая красавица, но весьма привлекательна. Всё портили руки. Крупные ладони, некрасивые чуть крючковатые пальцы, сухая, неухоженная кожа.