Книга Поединок сердец, страница 88 – Тессония Одетт

— Ты видела очередь? – спрашивает он небрежным тоном.

— Немного рано хвастаться, разве нет?

Когда он не отвечает, я решаюсь бросить на него взгляд. Он смотрит на меня сверху вниз с озадаченным выражением лица.

— Ты все еще не знаешь, да?

— Знаю что?

Уильям открывает рот, но голос мистера Корделла перебивает его, что бы он ни собирался сказать.

— Ах, хорошо, сидр уже у вас. Через несколько минут я открою двери для жаждущих читателей. Но сначала скажу – к вам, мистер Хэйвуд, пришел очень особенный гость. Тот, кого я позволил себе пригласить внутрь пораньше.

Мистер Корделл отходит в сторону и жестом подзывает кого-то. Из-за одного из книжных шкафов появляется потрясающее существо – высокий стройный фейри с огромными карими глазами и самыми длинными пушистыми ресницами, которые я когда-либо видела. Кожа золотисто-коричневая, с песочными веснушками на носу и щеках. С обеих сторон головы выступают изящные рожки, а рыжевато-каштановые волосы уложены в свободные волны. Свободные белые брюки и синяя шелковая блуза в стиле кимоно с длинными струящимися рукавами.

Лицо Уильяма озаряет радостная улыбка. Он ставит свою кружку с сидром на стол и приветствует новоприбывшего теплым объятием.

— Зейн, что ты здесь делаешь?

— Я выступал в отеле «Верити» на прошлой неделе. Увидел твое имя на вывеске у книжного магазина и решил задержаться ради твоей автограф-сессии.

— Мы были в одном городе и в одной гостинице все это время? Тебе следовало найти меня раньше.

— Я не посмел злоупотреблять своим влиянием и не стал заставлять персонал гостиницы выдать номер твоей комнаты. – Пока я смотрю на них, что-то сжимается у меня в груди.

Мистер Корделл сияет.

— Сегодня мой книжный магазин полон знаменитостей. Честь для меня.

Тут я осознаю, кто такой Зейн. Это тот самый знаменитый оперный певец, чья слава переплыла пролив и достигла Бреттона, хотя он никогда не выступал за пределами Фэйрвэйва. Только люди покидают остров, и то по строгим правилам. Фейри остаются в безопасности за магической границей из стоячих камней, обозначающих периметр острова. Границей, которая не позволяет людям войти без назначенного фейри-проводника – все для того, чтобы кровавая история войн Фэйрвэйва не повторилась.

Тем не менее этот прославленный фейри, о котором я столько наслышана – от его потрясающего вокального диапазона до его красоты, – дружит с Уильямом? Я и так завидовала из-за того, что ему досталась роль в паре с Гретой Гартер.

— А, – говорит Уильям, и его настроение меняется, как будто он только сейчас вспомнил, что у него есть зрители. Он представляет Зейна мне, Монти и Дафне, а затем добавляет: – Мы с Зейном вместе учились в университете.

— Еще один школьный приятель, – замечает Монти. – Ты и в университете успел завести знакомства, да?

— Завел, не без этого, – усмехается Зейн и толкает Уильяма локтем в бок.

Взгляд Уильяма скользит по моему лицу, но я отвожу глаза, чтобы не дать ему ничего понять. В груди продолжает что-то сжиматься. Неужели я так завидую тому, что у Уильяма есть такие знаменитые знакомые? Или я завидую…

Я качаю головой, не успев додумать эту мысль, и принимаюсь накрывать на стол. Я складываю книги в несколько стопок, пока Дафна не хлопает меня по руке и не просит не портить то, что она уже и так сделала идеально. Затем я устраиваюсь на стуле и краем глаза наблюдаю за тем, как Уильям делает то же самое. Они с Зейном по-прежнему дружелюбно болтают, и тот присаживается на край стола.