Книга Действуем, сестра! Бизнес или любовь?, страница 19 – Елена Коломеец

Радостно киваю и лезу в карман за кошельком. Вот удача, такой отличный кекс, да еще и со скидкой. Жаль, Реми нет. И мне почему-то становится как-то не по себе. Настолько, что даже кекса больше не хочется. Когда я прихожу в себя, Роберто уже успевает расплатиться и усаживается за столик у окна. Что ж, заказ, выходит, нести мне.

Мы пьем кофе, едим вкусности. Роберто рассказывает смешные истории. Да и вообще тут очень приятно и уютно. Но я не могу отделаться от мысли, что неправильно было идти с ним именно сюда.

Когда мы приходим домой с ароматными булками к ужину, выясняется, что Роберто купил для Зои кекс-знакомство. Первый раз вижу, чтобы она так радовалась пирожному.

— Рад, что вам понравилось в «Латтерии», — говорит Реми, когда мы сталкиваемся в коридоре. Он стоит вполоборота к окну, выглядывая наружу. И у него такой безжизненный голос, что мне хочется выкинуть и булки, и кексы куда-нибудь подальше.

— Реми, это просто кофе, — говорю я.

— Давайте я помогу вам отнести коробки, — только и отвечает он.

Я молча отдаю ему коробку, хотя на самом деле мне хочется закричать. Я точно знаю, что не сделала ничего плохого, так почему же мне так тяжело на душе?

Зоя. Открывая секреты

Мне кажется, Роберто морочит нам голову. Уж не знаю, кто он такой, но то у него нет денег, то есть. Работа выполняется сама по себе, а сам он похож на кого угодно, только не бедолагу-разнорабочего. Одна привычка переодеваться к ужину чего стоит. Нет, я должна с ним поговорить и все выяснить. Это я разрешила ему остаться, я, по сути, привела его в наш дом, мне и разбираться.

— Роберто? — стучу в дверь его комнаты.

— Зоя, вам можно всегда и без стука, — улыбаясь, говорит он, открывая дверь.

В глаза мне бросается тонкого шелка темно-синий халат с вышивкой в виде свернувшегося кольцами дракона. Цвет ниток такой же, как и ткани, и узор рождается за счет выпуклости вышивки и мягкого блеска. Такие красивые вещи я видела только на Рю Делати, столичной улице с самыми дорогими магазинами.

— Почему вы все время врете? — возмущенно почти кричу я. — Почему вы врете?

— Помилуйте, Зоя, да когда же я врал? Сядьте, пожалуйста. Может, воды?

— Себе оставьте и вашу воду, и ваши рассаживания! Ну хорошо, может, прямо вы не врали. Но вы недоговаривали, умалчивали. Заставили меня думать, что вы бедный-несчастный работник. А сами ходите тут в шелках!

— Если вам станет легче, только моргните, и я буду ходить без шелков, — он тянет халат, так что полы вот-вот разойдутся.

— Не смейте, иначе я… я… Я даже не знаю, что с вами сделаю, — сердито бросаю я.

— Ну вот, давайте вместе и подумаем, — примирительно говорит Роберто и все-таки усаживает меня на край кровати.

— Нечего тут думать. Либо рассказывайте все как есть, либо, — у меня вдруг пропадает голос и приходится откашляться. — Либо уходите, — все-таки договариваю я.

— Вы же не хотите, чтобы я ушел?

Роберто сидит рядом, какой-то очень домашний в этом халате, с немного влажными волосами, видимо, после душа. На редкость спокойный и доброжелательный, без этих его подколок. И у меня мелькает мысль, что, наверное, он такой дома. И что, наверное, очень приятно быть в этот момент рядом.

— Не хочу, — честно говорю я. — Но мои желания не имеют значения, я отвечаю за сестру и должна…