Книга Ночные птицы, страница 40 – Елена Коломеец

Проснулась она на рассвете, разбуженная пением птиц. Арден еще спал, закутавшись с головой в спальный мешок. А сама она была бережно укрыта его курткой. Прерывисто вздохнув, девушка уткнулась носом в теплую, пахнущую дымом кожу и почувствовала, что вот-вот расплачется. Какая-то струна, нервно натянутая со вчерашнего вечера в ее душе, ослабла.

Несмотря на погожее утро, ближе к полудню небо затянуло тучами, заморосил мелкий дождик, и к городу Арден и Лана подошли уже изрядно вымокшие. Но оба были даже в чем-то рады этому дождю, позволявшему не разговаривать. Хоть неприятная, режущая холодность вчерашнего вечера и растаяла, неловкость и обиды никуда не делись. Оба предпочитали отмалчиваться, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами, обсуждая погоду или лучшие места для ночлега в Шафтене.

Иргуин во многом был страной портовых городов. Широкие полноводные реки уходили вглубь континента, а на их берегах вырастали селения. Какие-то так и оставались небольшими поселками, служившими лишь остановочным пунктом для шедших мимо кораблей, другие богатели и росли. Шафтен был из последних. Расположенный в самом сердце Иргуина, он стал центром торговых путей, как водных, так и сухопутных. Собачий кряж, закрывающий город от иссушающих ветров, позволил развиваться сельскому хозяйству. Мало какой город может похвастаться таким богатством.

Но как известно на всякое богатство найдутся желающие им поживиться. Вот уже несколько столетий семья Колти держала город под жестким контролем. Везде у них были свои люди, со всеми они находили возможность решить вопросы к своей выгоде, а несогласных запугивали или устраняли. Лучший особняк, равно как лучшие корабли и пашни принадлежали этой семье, и даже примар города, прежде чем принять решение, советовался с кем-то из Колти.

Впрочем, нельзя не признать: Шафтен процветал. Частично расположенный на берегу, он простирался и далеко в озеро. Причалы и склады со временем сдвинулись, освобождая место для домов на сваях и плотах, город разделился на земную и водную части, захватив и небольшие островки. Городская стена, некогда защищавшая город, теперь прикрывала его только с суши, оставив проход с озера свободным. Особенно если вы не боялись промокнуть. Но стражники на южных воротах все равно встречали путников так, будто ворота в городской стене по-прежнему оставались единственным способом проникнуть в город.

— Откуда? Куда? Зачем? — вяло поинтересовался один из них, пока второй демонстративно накинул засов на створки ворот.

— Паломники в храм Первоматери, — ответила Лана.

— Видал я таких паломников, — недоверчиво хмыкнул стражник, — в такой-то броне.

Опытным взглядом он осматривал путников, пытаясь определить не столько, опасны ли они, сколько можно ли содрать с них пару монет. Избалованные постоянным потоком торговцев, стражники Шафтена ожидали, что путники предпочтут откупиться, чем вступать в дискуссию. Но у Ланы денег не было, а Арден слишком устал. Слишком нервным выдался прошлый вечер.

— Отвали, — резко бросил он стражнику, поднимая руку и раскрывая ладонь. Клок тьмы сорвался с пальцев и, обернувшись птицей, растаял в воздухе. Знак Сынов ночи.

— Проходите, проходите, господин, — прошептал стражник и поспешил открыть засов. Редко когда представители гильдии наемников афишируют свое присутствие. Тем более что знак Наиты был доступен лишь верхушке, и теперь к вечеру весь город будет в курсе, что здесь гостит кто-то из руководства гильдии.