Книга Пленники белых ночей, страница 86 – Ирина Ширяева

У кабинета, в котором принимали экзамен, стояла гнетущая тишина. Митя даже в первый момент испугался. Он что, опоздал? Все уже разошлись? Или экзамен все же отменили?

Но нет, бо́льшая часть одногруппников оказалась на месте. Каждый, как водится, где-то притулился: кто занял узкую скамейку, кто взобрался на подоконник. Большинство просто подпирали стенку.

Однако где же обычная приглушенная болтовня перед страшной дверью экзаменатора? Ни блиц-разбора билетов, ни свежих сплетен, ни актуальных шуточек, ни легкомысленных смешков…

Все дружно, как один, нырнули вглубь учебников. И сосредоточенно там замерли, поспешно впитывая недоусвоенные знания. Если кто-то и шевелил губами, то затверживал текст. Или, похоже, молился.

В атмосфере явственно витало дыхание тихой паники.

Только в самом конце коридора два парня что-то бурно, судя по жестам, но не слышно для Мити обсуждали.

Да что еще случилось-то?

Митя двинулся к парням.

Это были длинный белобрысый Валерка и миниатюрный смуглый якут Аян, который специализировался на шаманизме.

Увидев приближающегося Митю, ребята разом замолчали.

— Что случилось? – спросил Митя. – По какому поводу мандраж? Неужели это наводнение всех так напрягает?

Валерка окинул его насмешливым взглядом своих прозрачных глаз и хмыкнул:

— А ты не в курсе? Меньше спать надо!

Ну, что он язва, это всем известно. Митя открыл было рот, чтобы в ответ тоже как-то подколоть однокурсника. Но тут Аян сказал просто:

— Хуже. Экзамен принимает Мурзин-Гундоров.

— Что?! – едва не завопил горестно Митя. – Как это?!

— Доцент наш внезапно заболел, – объяснил Аян. – Хотели другим кем-то заменить, помельче. А декан вдруг и говорит: «Я буду принимать».

— Да он просто решил над нами поиздеваться! – убежденно заявил Валерка. – Знаешь, как он нас называет? «Выкормыши Лядащева»!

Ну в этом декан прав. Влияние Лядащева, который в универе имеет репутацию гения, среди первокурсников действительно огромно. Хотя единственным студентом, который смог подтвердить его оригинальную теорию свободного посещения, оказался Митя.

Кстати, Валерка покинул ряды энтузиастов свободного посещения последним. Так что в глазах Мити заслуживал определенного уважения.

— Вот Гундоров и хочет доказать, что мы ничего особенного из себя не представляем! – продолжал бушевать Валерка. – Фанаберия, дескать, одна! Он с нас, мол, спесь-то собьет!

Митя тяжело вздохнул. Мало того, что половина билетов так и осталась невыученной. К тому же болела голова, и он плохо соображал. Надо было в аптеку зайти за таблеткой…

В окно остервенело бился ветер, старые рамы трещали. По стеклу лилась вода. Словно природа заранее оплакивала Митину незавидную участь.

— Ну полно тебе труса-то праздновать, – сказал Аян, видя, как Митя упал духом. – Не валит он. Всем «хорошо» ставит.

— Прямо всем? – не поверил Митя.

— Всем, – хором подтвердили Аян и Валерка.

— И он, говорят, вообще даже не слушает, – заявил Аян.

— Дремлет, – мрачно добавил Валерка. – Мне, мол, с вами скучно. Можно вместо билета сериал какой-нибудь пересказать или инструкцию для робота-парикмахера. Не заметит.

— А что, пробовали? – живо заинтересовался Митя.

— Не, до этого не дошло. Добровольцев не нашлось рисковать, – признался Аян.

— Но почему тогда всем «хорошо»? – продолжал недоумевать Митя.