Книга Пленники белых ночей, страница 44 – Ирина Ширяева

Скелет сочувственно похихикал и выдал фразу, претендующую на афоризм:

— Напрасно ты себя казнишь. Терять голову от взгляда милой барышни в твоем возрасте – вполне нормально. Вот не терять – это ненормально.

— Ну спасибо, – криво улыбнулся Митя. – Утешил.

— Напрасно смеешься, – обиделся Костик. – Еще на Гороховой я взял у твоей матушки книгу про Сирано де Бержерака. Там пустоголовый красавчик сумел воспользоваться талантом и красноречием блистательного поэта Сирано…

— Чтобы под покровом темноты изысканно объясниться в любви красавице Роксане. Это пьеса Ростана, я знаю, – отмахнулся Митя. – Но Стива не пустой красавчик, а я не поэт. Увы…

Его вдруг растревожила другая мысль.

А ведь ситуация, сложившаяся с ним самим, Стивой и Лизой, – это не что иное, как вариант феномена двойничества, который до сих пор был ему дико любопытен.

Так что уже не надо искать случая капризной игры мироздания: он сам пришел и стал хозяйничать в Митиной жизни.

Но ведь это состояние совсем не похоже на то, когда мистические ребусы наблюдаешь и анализируешь со стороны. Теперь ты внутри этого ребуса, и от того, какие догадки впишешь в зияющие коварной пустотой клеточки, зависит твоя судьба.

О, вот это попал!

Кстати, кого там в конце концов выбрала Роксана?

Посмотреть, как в белую ночь разводят Троицкий мост, собралось довольно много народу.

Люди жизнерадостно толпились вдоль гранитного парапета Дворцовой набережной в ожидании уникального, чисто питерского действа. Атмосфера создалась приподнятая, как в предвкушении лаконичного иммерсивного спектакля.

Над девушкой в модном худи с жабрами празднично плавала связка разноцветных шариков. Женщина в шляпке, опиравшаяся на руку спутника, прижимала к груди букетик фиалок.

Особое оживление толпе зрителей придавала группа радостно гомонящих китайских туристов. Некоторые китаянки живописно кутались в расписные павловопосадские платки с длинными кистями, купленные днем в сувенирной лавке.

Вот прозвучал сигнал развода моста. Все, у кого еще не было телефона в руках, дружно полезли в карманы и сумки. Стайки засветившихся в белесых сумерках экранов выглядели как стоп-кадр салюта.

Ближний пролет моста вместе с горящими фонарями отломился от основной его части. Край бетонной плиты медленно пополз вверх, ставя пролет на дыбы.

В открывшееся высокое пространство сразу ринулась целая флотилия катеров и теплоходов с туристами, торжественно проплывая под разведенным Дворцовым мостом. Вообще-то это был чистый аттракцион для гостей столицы, ведь маленькие суда легко могут проплыть под обычным пролетом. Большие же корабли, ради которых, собственно, и разводятся мосты, пройдут здесь только под утро.

Зрители тем временем аплодировали эксклюзивному зрелищу.

Кажется, громче всех хлопала в ладоши Лиза. Ведь у нее – чуть ли не единственной! – руки не были заняты телефоном.

Лиза плыла на общей волне восторга. Смолянка явно наслаждалась моментом – свободой, впервые увиденной картиной развода мостов, белой ночью.

Митя довольно улыбнулся: выходит, не зря он пообещал девушке кучу незабываемых впечатлений.

Сам он видел развод мостов не раз и очень любил наблюдать это действо. При том что к реальному процессу, который видели все, парень был равнодушен. Что романтичного в том, что бетонная плита пафосно поднимается над водой и принимает почти вертикальное положение? Да ничего!