Книга Пленники белых ночей, страница 109 – Ирина Ширяева

Но настырный напев лился прямо в мозг и срывал там какие-то стоп-краны.

Вот что-то щелкнуло, и вместо блаженства вдруг нахлынула вязкая дурнота. Парень с размаху сел на пол и обхватил голову руками.

— Давай я поведу, – навис над ним Костик. – Ты только покажи!

— Ты не сможешь… – выплюнул Митя.

— Смогу, – уверил Костик. – Ты же говорил про автопилот? Вот. Это, наверное, несложно. – И с горечью признался: – Я должен что-то сделать. Хоть что-то. Потому что я трус. Мог бы остаться со Стивой. Но этот… Аластар… Это он стер мне память. Я его боюсь.

«Аналогично», – вяло подумал Митя.

С трудом держась на ногах, он включил автопилот и в двух словах объяснил Костику, что к чему.

А потом Мите стало так плохо, что он катался по палубе и громко стонал. Однако в салон не уходил. Вдруг Костик не справится?

Но Костик справился.

В какой-то момент Митя почувствовал, что ему стало легче.

Вязкая муть отступила. Голова начала проясняться. Он смог сесть на палубе, а потом и встать на неверных ногах.

Мерзкое пение сирен больше не мучило его, не выворачивало сознание наизнанку.

Загудел колокол – низко, тревожно.

Они подплывали к Александро-Невской лавре.

Вода здесь поднялась ровно до естественной высоты, на которой стоял монастырский комплекс. Так что яхта со стороны затопленного Никольского кладбища смогла подойти к самым стенам лавры.

Митя навел справки в телефоне и узнал, что мощи святого Александра Невского находятся в Троицком соборе.

Спустили трап, и парень ступил на него.

— Я, пожалуй, здесь останусь, – вдруг заявил Костик. – Вряд ли святому князю понравится, что по лавре бродит мистическая сущность.

Скелет развел руками, словно извиняясь за то, что вынужден оставить друга в самый ответственный момент.

— Я тоже останусь, – сказала Лиза, опустив глаза и протягивая Мите серебряный ключ.

Митя хотел было возразить девушке. Она человек! В ней всего одна восьмая «русалочьей крови»! Но подумал, что даже крошечная ошибка может сорвать жизненно важную для города операцию.

Он должен справиться один!

Митя принял ключ, коротко кивнул и сбежал по трапу.

Перед открытыми воротами остановился и оглянулся. Лиза и Костик стояли на палубе и смотрели ему вслед с тревогой и надеждой.

Митя бодро помахал друзьям – мол, все будет хорошо! Они помахали ему в ответ.

Территория лавры, по которой бежал Митя, была безлюдна. Здесь, как и везде, шел дождь, но не сильный и не злой.

Низко и густо гудел колокол, наполняя воздух тревожной вибрацией.

Парень пробежал еще через одни ворота и очутился перед входом в Троицкий собор – поражающий своей высотой храм с круглым куполом и двумя колокольнями.

По бокам от двери стояли исполинские белые колонны, словно светлые могучие воины, замершие в почетном карауле.

Митя открыл скромную по сравнению с колоннами дверь и ступил в огромное торжественное пространство храма. Несмотря на то что свет, льющийся из высокого купола, был сер и неуютен, оно мерцало и золотилось.

Здесь пылало множество свечей. Их зажигал какой-то бесплотный, похожий на тень монах, который бесшумно скользил из одного угла храма в другой.

Гробница святого Александра Невского, как уже знал Митя, находилась за правым клиросом.

Это было величественное многоступенчатое сооружение, созданное по приказу Елизаветы из первого русского серебра.