Онлайн книга «Интим не предлагать, или Новая жизнь бабушки Клавы»
|
— Ma, — что-то мягко, но требовательно толкнуло ее в бок, — ну ма… Соня поморщилась, выныривая из вод бассейна «Калинки». Ну вот, опять эти несанкционированные внешние раздражители! — Ну что там еще? — Что у нас на завтрак? — На завтрак? М-м-м-м… Нет, она еще не готова к возвращению. Еще пара кругов. И массаж. И «ванна Клеопатры». И… «Так, сейчас быстренько в душ, — затикали заведенные на десять лет вперед внутренние часики, — потом кофейник на горелку, бутерброды в микроволновку, Лешке геркулес, Сержику вчерашние котлетки с яичницей, Баксу косточку из супа подогреть. Потом себе тарелочку мюслей сообразить. И в гипермаркет — самое время на всю неделю затариться». Соня вздохнула, прощаясь с приснившейся во всех приятных подробностях «Калинкой», и открыла глаза. В окно светило веселое апрельское солнце. Начинался насыщенный домашними хлопотами субботний день. Возможно, она и осмелится на две недели отдыха. Если у Наташки все будет в порядке, а Сержик с Лешкой не будут иметь ничего против. Опять же, родители. Дача. — Нет, до осени ничего не получится. Разве что в сентябре. Она сладко потянулась. И проснулась окончательно. Счастливые мгновенья жизни длинной — Странно. Да что там — страннее не бывает! Вчера с утра едва ли не ревом ревела, а сегодня на весь дом песни распеваю! Не иначе с крышей неполадки… — рассуждала Ирина Игнатьевна в перерывах между куплетами. И не сильно этими рассуждениями грузилась. Похоже, вышла из того возраста, когда за процессы переживаешь больше, чем за результаты. Или почти вышла… Или не в выходе оказалось дело. Потому как предстоящий процесс не мог не радовать. Волновало даже его предвкушение. Иначе откуда взялось желание петь? — Сто лет голоса не повышала, — хмыкнула певунья, вполне себе осознавая лукавство последней мысли. Память скоренько пролистала нужные странички и явила картинку: пела Ирина Игнатьевна на днях в душе. — Ой, разве то блеяние можно назвать пением?! Но плутовка память не собиралась отступать. Следующий эпизод оказался более чем веским. Впрочем, обвиняемая не поддалась: — Так ведь день рождения внука отмечали. Ну как тут не споешь? Но, чтобы вот так, безо всякого повода, согласись, давненько не случалось. Молчаливая собеседница не то чтобы согласилась, но активность свою приглушила. Мягко намекнув, что повод-таки имелся. Да и сама Ирина Игнатьевна о том вспомнила. И разразилась очередным шедевром из семидесятых. А кто бы не разразился, когда радость разливалась по дому как мед по горячему блинчику! Сладко и волнительно. Не было бы счастья… дальше можно было не продолжать всем известную истину. Но и тут упрямая спутница настояла на своем. — Ну, хорошо, хорошо! Согласна я, — не стала противиться хозяйка. — Проблемы позволяют нам ярче воспринимать радости. Не было бы вчерашнего утра… Но утро было. И началось оно очень даже приятно. Ирина Игнатьевна отправилась за пенсией. Далее ее путь должен был лежать на вокзал за билетом. Затем бы последовали короткие сборы. И к вечеру сидела бы она в купе, потягивала чаек и слушала перестук колес, предвкушая встречу с московскими внуками. Вот только далее не сложилось. Не успела пенсионерка отойти от банкомата, как налетел на нее симпатичный паренек. Скороговоркой выпалил незатейливое приветствие. Спросил дорогу к автомойке. Дождался ответного жеста, поблагодарил, мягко тронув за руку. И понесся прочь вместе с миниатюрной сумочкой, только что принявшей в свои немолодые атласные недра выданные банкоматом купюры. |