Онлайн книга «На перекрестках судеб»
|
Ответчики в один голос заявляют, что сами ничего не запускали, просто проводили выходной на лоне природы. Фейерверк решил устроить владелец судна, на котором они катались по Валюшинке. — По чему катались? — Да по Валюшинке нашей. Забыл? Речушка у нас такая протекает. По границе нашей и соседней областей. Рыбой богатая — страсть! Там народу пропасть. Что летом, что зимой. Так вот… Владелец судна дал признательные показания. Да, запускал. Разрешенные законом фейерверки, продукция уважаемого соседнего государства. Сертификат качества предъявил. — Даже так? — Там все было схвачено как в аптеке. Дедку сто лет в обед. Даже если бы признали виновным, хотя возрастной ценз и не позволял, то ухватиться не за что. Ну, запускал и запускал. В безлюдном месте. А что из-за поворота в этот момент катерок выскочил — так обыкновенный несчастный случай. — Можно оспорить. — А толку? Там же суд присяжных организовали. Типа в качестве эксперимента. Два дела провели. Образцово-показательных. В прессе осветили. Все, как положено. А третьим слушанием было наше дело. Тут уж как ни крутил залетный адвокатишко, а народные заседатели по-своему решили. Свои люди, чего от них ожидать? В общем, осталась эта Османова при своих интересах. — А пересмотр? Борисик развел руками: — А с пересмотром заминка вышла. Не управились залетные законники в установленные сроки. Так и спустили дело на тормозах. Ничего удивительного — вдова в предынфарктном состоянии. Вроде даже крыша у нее поехала. В общем, не до пересмотра истице стало. С другой стороны — ответчики — уважаемые в крае люди. А сам Османов вообще чеченец! Враг России! В общем, сложилось не в его пользу. Бывает… — Значит, супруга опомнилась и начала мстить. Сколько времени прошло с решения суда до первого удара? — Суд был в ноябре пятого. Фуникулер завис в декабре девятого. Четыре года… — Странно. Могла бы сразу всех перестрелять… — Мало ли… Может, и вправду болела. Может, с ребенком что. Или… Шерше ля фам, или Баба с возу — кобыле легче Июнь 2005, заимка в трехстах километрах от поселка Валюшино, Н*-ской области — Па, а где мама? — Сейчас покричим. Увлеклась земляникой, — отец взял сына за руку и вывел на пригорок. — Давай вместе! Алик кивнул, сложил ладошки рупором. — Мама! Мама! — огласило окрестности сочетание баритона и дисканта. — Мааа-ма! — Вот так всегда, — Османов-старший заговаривал зубы взволнованному сыну. — Мужчина тут как тут, а женщине особое приглашение требуется. — Па, а если она заблудилась? Мы что, тогда на катере не будем кататься? Святая простота! — Будем, но чуть позже. Тут особенно не заблудишься. Между участком, на котором стоит наша заимка, и рекой тянется полоса леса. Максимальная ширина — три-пять километров. С севера проходит линия электропередач, там широченная просека. Если мама на нее выйдет, то повернет назад и по солнцу за час до реки дойдет. — Откуда ты все знаешь? — во взгляде сына плескалось явное восхищение. — Ты вообще все знаешь! — Все знать невозможно, сынок. А знаю… когда-то в этих местах я служил. ВДВ — воздушный десант. Летали мы над тайгой. А сверху как по карте видно. Запомнилось… — Круто! И все-таки давай еще раз маму позовем? — Мама! Мааама! — Привет, парни. Я на месте. — Ого! Валентина с победным видом продемонстрировала полное ягод ведерко. |