Онлайн книга «Мой Рим»
|
Я умываюсь, чтобы хоть как-то взбодриться, и выхожу, стараясь не шуметь. Ромка, свернувшись калачиком, дрыхнет с приоткрытым ртом. Выглядит вроде мило, но уже не секси. Даже думать не хочу, что видит он, когда сплю я. Нужно научиться засыпать позже и просыпаться раньше. Хочу поцеловать его в щеку на прощание, но боюсь разбудить. Поэтому, тайно полюбовавшись видом на гору «Рома», я неслышно одеваюсь и сбегаю домой. * * * В квартире оказывается идеальная чистота – кто-то заметал следы. Подозрительно смотрю на Карину и отгоняю мысли о безудержной страсти, стучащей кровати и наличии всяких выделений, которые обнаруживают следователи специальной лампой. На всякий случай поменяю постель перед сном. Карина ходит какая-то деловая. С надменным видом ждет, когда стану выспрашивать все подробности ее погружений на дно. А вот не буду! Пусть мучается. Наливаю растворимый кофе и иду в комнату делать уроки. — Даже не интересно? – она не выдерживает и первой начинает разговор, отвлекая от сложной задачи. — Интересно… мне просто поменять постель или лучше заказать санобработку всей квартиры? — Не было ничего такого! Он не такой! – продолжает убеждать в его и своей святости. Поворачиваюсь и скептически морщусь. — Он хочет попросить у тебя прощения. Жалеет о своем поступке и предложил… мне… встречаться! – внезапно как запищит она на последнем слове. — Даже так?! Странно! — В общем, ты его прости! — Вот когда сам попросит, тогда и прощу! – фыркаю и принимаюсь за уроки. * * * Родители, как обычно, возвращаются в начале восьмого вечера, и мы стоим в коридоре, встречаем. — Девочки, а что происходит? – оглядываясь, мама пропускает папу вперед. И правда, что происходит? Впервые за мою короткую жизнь мама возвращается в приподнятом настроении. Папа тоже странно улыбается: — Кто-то ограбил цветочный магазин? Мы с Кариной переглядываемся и бежим смотреть. Лестница от нашей двери до самого низа похожа на оранжерею из цветов самых разных видов. На каждой ступеньке по несколько горшков, и в каждом визитка. Ловлю взгляд Карины, в котором читается то, о чем я подумала: Никитос, конечно, придурок, но я не думала, что настолько! Извиняться таким способом при живой новой возлюбленной – настоящее самоубийство. Карина недовольно дует щеки и переваливается через перила, чтобы оглядеть масштаб его вины. И что мне со всем этим делать, куда девать столько цветов? — Что пишет-то ухажер? – мама указывает на торчащие визитки. — Он – мой ухажер! Просто извиняется. – Карина сверлит меня завистью. — А может, это от Ромки, ты не подумала? Или вообще – это все для тебя… И правда, может, это Никитос решил не извиниться, а поблагодарить ее за… за что-нибудь. Даже не хочу фантазировать, за что. Вытаскиваю первую визитку и читаю вслух: — Sei bella come queste rose[38]. Оборачиваюсь на маму и перевожу взгляд на Карину, которая в удивлении открывает рот, и единственное, что она может сказать: «Охренеть!» И сразу отхватывает от мамы по губам. Вытягиваю следующую: — Sei arioso come queste peonie![39] Санта Клеопатра! И так до первого этажа. Сравнения меня с цветами. Фабио?! Если честно, я теряю дар речи от его импровизации, и мне становится слегка не по себе. Откуда он узнал, где я живу? Я понимаю, век технологий, но между нами тысячи километров, несколько часов и разные языки. Как? |