Книга Цвет любви – МЫ, страница 85 – Анна Евдо

По возвращении Клим вымыл Леди лапы, насыпал ей корма и второй раз за вечер принял душ. Судя по тишине и темноте, царящим в квартире, решил, что Милана всё-таки уснула: немудрено с теми перепадами настроения, которые он ей устроил за прошедшие сутки.

Придерживая полотенце на бёдрах, чтобы вторично не шокировать успокоившуюся Леди, под аккомпанемент собственных мыслей: «Пришлось всё же дойти в нём до спальни, герой-любовник недоделанный!» – Клим бесшумно прикрыл дверь и, осторожно ступая, направился к шкафу. Когда он поравнялся с кроватью, вспыхнул ночник и зазвучала медленная музыка.

— Не только ты помнишь и умеешь отдавать долги. – Голос Милы вторил тягучим словам исполнителя песни.

Из-за дверцы шкафа показалась сначала рука. Она изображала плавные волны в такт мелодии, сверкая блестяшками на прозрачном рукаве, покрывающем её по всей длине. Затем появилась стройная нога. Без похабных туфель, которые Клима никогда не возбуждали в стриптизе, зато в тонком, без пошлой сетки, похожем на вторую кожу чулке. Такие интимные штучки его реально будоражили.

В полумраке комнаты возникла вся Мила. Опупенная. Гибкая. Босая, на цыпочках. С распущенными волосами. Одновременно домашняя и распутная. В просвечивающей рубашке и невидимом белье, на которое намекали шероховатые кружевные узоры. Наверняка именно они угадывались сквозь тонкую ткань, подчёркивая притягательные формы.

Милана подкралась к замершему на месте Климу. Обтекла его вокруг, невесомо касаясь плеч, живота и спины. Он подался к ней, но она толкнула его в грудь обеими руками, заставляя присесть в изножье кровати, и, извиваясь всем телом, продолжила свой соблазнительный танец.

Второй отвал башки за вечер. Климу невыносимо хотелось отшвырнуть ставшее малым полотенце, сгрести Милу и насадить на себя, но он стойко дотерпел до завершения песни и доставлявшего мучительное удовольствие представления. Сидел и пожирал её одними глазами, но не потому, что мог испортить шоу.

Милана изредка наклонялась к нему так близко, что он видел, как она заглядывает в его лицо и как вспыхивают её щёки, словно она беспокоится, что ему что-то не понравится. Всегда уверенная в собственной привлекательности Мила совершенно неожиданно искала в нём сейчас тому подтверждения.

Клим дышал всё тяжелее. Сжимал угол матраса, чтобы не поймать прядь её волос и не начать наматывать на палец. Молчал, чтобы не сказать вслух, что она очень красивая, и не смутить её наповал таким признанием. Он не делал этого раньше и окончательно мог привести её в замешательство, в котором пребывал сам от подобных, не свойственных ему желаний.

Не моргая, Клим следил, как соскальзывает вниз расстёгнутая рубашка. Ловил выстреливший в него лифчик. На финальных аккордах он незаметно расслабил край полотенца и расставил ноги шире, смахивая приземлившиеся на его колено трусики и откровенно демонстрируя Милане всю повышенную степень необходимых ей привычных доказательств.

Они выжали друг друга до донышка. Вырубились, едва расцепившись, наплевав на потную кожу и влажную простыню. Натянули покрывало и отключились от внешнего мира.

Клим проснулся до будильника. Он выспался. Опустошился за ночь во всех смыслах. Тело ощущалось лёгким и полным сил. Кровь разгонялась, генерируя приятный азарт в преддверии кучи дел, намеченных на предстоящую неделю.