Книга Цвет любви – МЫ, страница 80 – Анна Евдо

Клим уставился на упругую круглую попку Миланы и шумно сглотнул. Борясь с желанием перекинуть Милку через плечо, чтобы без проволочек утащить в спальню, он сдавил обеими руками тонкую талию и переставил Милу в ванну. Пышная пена качнулась, погасила свечки, до которых успела подняться, и окутала присевшую в неё девушку.

Милана крутнулась в воде скользкой русалкой, взметнув вверх несколько белоснежных хлопьев. Поймала руку чертыхнувшегося Клима, который дёрнулся было за зажигалкой.

— Не нужно. – Она зачерпнула горсть пены и сдула её ему на ладонь. – Присоединишься?

— Потоп же устроим. – Он присел на бортик, переплетая пальцы с Миланой. – Да и тесно тут.

— В тесноте да не в обиде, – мурлыкнула Мила, стрельнув в него глазами.

Сохраняя зрительный контакт, она украсила пенным колпачком пуп Клима, царапнула вдоль дорожки тёмных волосков, уходящей под резинку пояса. Почувствовала, как напрягся его пресс. Задела запястьем появившийся под штанами бугор и спрятала обе руки в толстом слое пены, приглашая последовать за ними.

— Не в обиде? – Клим не поддался на провокацию Миланы.

Он подхватил её ногу под согнутой коленкой. Приподнял, окольцевал лодыжку и проминающими движениями прошёлся от пятки до кончиков пальцев с красными ноготками.

Взгляд Милы затуманился. Она откинулась назад, принимая лежачее положение, и слегка съехала ниже. В пенных прогалинах замелькали розовые соски, скукожившиеся в тугие узелки. Клим выловил её вторую ногу и сосредоточенно повторил массаж стопы.

— Мне прекрасно известно, что тебе душно от аромасвечей. И пену ты терпеть не можешь. – Мила накрыла мокрой ладонью бедро Клима. – Я оценила твои старания. Уноси уже меня отсюда.

Она высвободила ногу и поднялась в полный рост. Клим проводил тяжёлым взглядом мыльные водные потоки, хлынувшие с плеч Милы вниз по красивому телу, которое ему невтерпёж хотелось стиснуть и, не сдерживаясь, сделать с ним очень и очень много всего неприличного. Причин отказываться от желаемого больше не было. Он прижал Милану к себе, наплевав на остатки пены и тут же промокшие штаны. Она с готовностью обвила руками шею Клима и нашла его губы.

— Не люблю на тебя обижаться, – проурчала Мила между поцелуями.

— А я не люблю тебя обижать, – ответил Клим, прикусывая нежную кожу под её подбородком и пробираясь языком к яремной впадинке.

Милана задумчиво выводила восьмёрки на груди Клима. Он лежал неподвижно и наблюдал за ней сквозь прикрытые веки. Его рука лениво покоилась вдоль её спины, хотя большой палец нет-нет да и очерчивал впадинку позвонков.

— Ты так сильно проштрафился? – спросила Мила, не поднимая головы. – Или соскучился? – Она словно затаилась в ожидании ответа Клима, перестав рисовать хаотичные узоры.

— Сорвался сегодня разово, некритично, – сипло проговорил он, потому что ужасно хотелось пить, но вставать не было ни малейшего желания. – Соскучился, конечно. К тому же помню о предыдущем долге, вот и отдал, целуя туда, куда указывала, как ты грозилась.

— И куда не указывала.

Мила спрыгнула с кровати и тут же укрылась за розами, которые красовались в вазе на тумбочке. Не опасаясь шипов, она спрятала грудь за листьями, а лицо в лепестках высоких бутонов.

Клим перевернулся набок, опёрся на локоть и нахмурился.