Книга Цвет любви – МЫ, страница 165 – Анна Евдо

Стоило ему почувствовать твёрдую почву под ногами в прямом и переносном смыслах, как перед автомобилем обнаружилась сидящая на бордюре Аврора. Клим замедлил шаг, словно буксуя на ровном месте, пока она поднималась и оправляла длинное светлое платье без рукавов. Его подол, казалось, начинался сразу от круглого ворота и спадал вниз нахлёстывающимися друг на друга слоями, под одним из которых пряталась её правая рука. Ободок с накидкой исчезли. Распущенные волосы были заправлены за уши и открывали всё лицо.

— Следишь за мной? – Клим попытался поймать теряемое равновесие.

— Нет, – мотнула головой Рора. – Я хотела отдать план переделки следующего двора, но потеряла тебя из виду. Мальчишки подсказали, где стоит твоя машина.

— Думал, меня никто не заметил, но пацаны бдят – это хорошо. – Он принял протянутый ему рулончик. – Посмотрим сразу?

Аврора пожала плечами. Клим включил фонарик на телефоне и развернул лист, разложив его на капоте.

— Наш двор пасторальный. Он находится в согласии с природой и её оттенками. Поэтому сказочные холмы и пещеры пришлись к месту, – пояснила Рора. – А этот очень городской, бетонно-графитовый, с чёткими углами. Ему нужны спокойные цвета. Акцентами послужат дорожные знаки и вывески.

— Городок в миниатюре, – проговорил Клим, разглядывая рисунок, на котором гаражи и старая трансформаторная будка были обыграны как городские постройки разного назначения с дорогами, тротуарами, пешеходными переходами, светофорами и прочими тематическими предметами.

— По нему можно ездить на детских машинках и великах, гулять и изучать правила дорожного движения, – уточнила Аврора.

— Ты побывала в самом дворе? – Клим слегка повернулся к ней.

— Я побывала во всех дворах, схемы по которым ты мне дал. Мне нужно было их почувствовать и увидеть, какого они цвета, прежде чем предлагать какие-то переделки.

Клим встал лицом к Авроре. «Вместо воспитательной работы, надо мужикам завтра сказать, что их гаражи идут под снос, потому что не подходят по цвету к общей концепции, и пусть гадают, шутка это такая или Клин чокнулся», – подумал он, а вслух спросил:

— И как?

— Работа движется. Покажу по мере готовности. – Рора расцвела в широкой улыбке.

Только она умела так искренне улыбаться. Без преград и загадок. Как бутон, который ловит луч и, несмотря на любое ненастье, распускается в один миг всеми лепестками до самой сердцевины. Бушующий ветер самостоятельно меняет направление, обходя его по внезапной дуге. Заворожённые градины сшибают друг друга, чтобы не задеть хрупкое бесстрашное чудо. Дождь дробит слишком тяжёлые капли, и они нежно орошают цветок. Остаётся лишь защитить его от грязных подошв человека, который не смотрит под ноги, увлёкшись проклятиями всего на свете и зациклившись исключительно на личных неудобствах.

— По-твоему, у всего есть цвет?

— Да. – Улыбка Роры приобрела ту самую непосредственность, с которой дети напоминают взрослым всезнайкам, как важно просто верить в некоторые явления. – У вещей, событий, поступков, людей. У всего есть свой цвет.

— И ты знаешь каждый? – Уголки губ Клима неумолимо ползли вверх.

— Нет, конечно. – Полоска ткани качнулась, но дёрнувшаяся в непроизвольном жесте повреждённая рука осталась под ней. – Например, твоя Леди в целом цвета качественного шампанского. Тёплое благородство. Но, чтобы узнать цвет её гнева, надо его ощутить или хотя бы увидеть со стороны.