Книга Цвет любви – МЫ, страница 116 – Анна Евдо

Сначала Мила снимала маленькую квартиру напополам с подругой, затем переехала к Климу. Её сегодняшнее решение переночевать у родителей говорило совсем не о соскучившейся дочери – оно лишь подчёркивало разногласия с Климом. Ему осточертело подвешенное состояние, игнорировать которое никак не получалось. Оно зудело, как комариный укус в недоступном для чесания месте.

Клим собирался доехать до дальнего склада с запчастями, но внезапно осознал, что день уже перешёл в вечер. Ему не обозначили точного времени по встрече с Шёлком. «Ещё одна неопределённость, которая может разрешиться за четверть часа, а может превратиться в часы бестолкового ожидания, оскомину от кофе и тренировку моей хилой терпелки», – сделал неутешительный вывод Клим, выдохнул густое облако дыма, запульнул окурок в окно прямо на дорогу и развернулся в сторону клуба.

На следующем перекрёстке он снова изменил направление, обрушив на собственную голову многоэтажные матюки. Он не на побегушках у Шёлка, чтобы мчаться, сидеть и ждать его, как собачонка. Его просьбу наверняка передали. Получится состыковаться в течение вечера, значит, состыкуются. Клим заинтересован в этой встрече и приедет сам, но не за милостью и не за одолжением.

Он заехал домой. Выгулял и покормил Леди. Послонялся по квартире. Проглотил что-то, не ощущая вкуса, просто чтобы позже желудок не заурчал от голода. Вымыл посуду. Опёрся ладонями о подоконник, уперся лбом в стекло, скользя рассеянным взглядом по верхушкам деревьев за окном. «Адская душа, хоть бери бумажку и клепай список дел с местечком справа для галочки об исполнении», – проговорил он сквозь зубы, затуманив дыханием прохладную гладкую поверхность.

Бабушка всегда клала ему в карман подобные листочки, приучая к ответственности. Она не ограничивала его гуляния и никогда не возражала против того, чтобы он торчал с мужиками в гаражах, но с помощью таких напоминалок чётко обозначала, что у Клима тоже есть обязанности и некоторые вещи никто, кроме него, не сделает. С малолетства на нём была покупка хлеба и молока, чуть позднее к ним добавились более тяжёлые продукты. Он хлопал коврики и постельное бельё, которое бабушка никогда не бросала в стиралку сразу с кроватей, выносил мусор, ходил на почту и забирал заказные лекарства из аптеки. Благодаря нехитрым пунктам, которые были под рукой, Клим привык распределять время и не жаловаться, если сам увлекался чем-то одним, а потом, как угорелый, носился, чтобы успеть всё остальное.

Он оттолкнулся от окна.

— Не теряй нас, – обратился Клим к Леди, которая вышла в коридор проводить его. – Мила заночует в другом месте, а я вернусь, скорее всего, поздно. Надеюсь, поставлю ещё одну галочку и закрою спорный вопрос.

Несмотря на ранний для клуба вечер, в залах уже было полно народу. Клим поморщился, стараясь глубоко не вдыхать сладкие испарения от кальянов, которые торчали на каждом столе. В горле сразу запершило. По-дурацки захотелось достать сигарету и от души окурить пространство хотя бы в полуметровом радиусе вокруг себя. Он продрался сквозь тошнотворный туман к бару, где ему сразу показали подниматься на второй этаж.

Системы кондиционирования на полукруглом балконе, куда проводили Клима, явно справлялись со своей работой гораздо лучше, чем внизу. В кресле у низкого столика вальяжно развалился толстый парень неопределённого возраста. Многочисленные складки на его шее сзади в четыре руки тщательно перебирали две девицы с одинаковыми выпяченными губами и зализанными волосами. Обе были одеты в прозрачные полоски, которые с большей пользой могли бы послужить бинтами, чем пытаться превратиться в одежду.