Книга Все любят Маргариту, но она мертва, страница 152 – Рози Стори

За спиной у них в саду взвизгнул Билли. Джейк повернулся и увидел сына с Амишей. Он показал ей свою стойку на руках, и Амиша зааплодировала. Отец снова похлопал Джейка по коленке.

— Все в порядке?

— Да. – Джейк вытер глаза.

Отец снова встряхнул его за плечи, бодряще и по-мужски, будто тренер.

— Хочешь еще о чем-нибудь поговорить?

— Нет. Спасибо. – Джейк впервые в жизни правда почувствовал, что у него есть отец. Любящий папа.

— Ну, спасибо, что заговорил об этом. Я знаю, это нелегко. – Он улыбнулся, и Джейк улыбнулся в ответ. – Я люблю тебя, Джейки. И твою мать я любил. Возможно, проблема в том, что в молодости я не умел любить себя.

Отец встал на ноги, похлопал в ладоши, будто пытаясь сменить настроение или избавиться от эмоций, потом пошел к Билли и Амише. Джейку всегда казалось, что отец отверг их с матерью и выбрал более увлекательную жизнь с любовницами, ужинами и деньгами, но теперь осознал, что у отца были свои проблемы и ничего в этом нет романтичного. Отец Джейка тоже чей-то сын, он тоже обижен на своего отца.

Джейк перевел взгляд на сына. Билли как будто бы успел подрасти, руки и ноги у него стали тоньше, уже не были такими пухлыми, как когда-то.

— Деда! – крикнул он. – Деда!

У Билли были глаза Джейка, а у Джейка глаза матери, и это очень утешало и поддерживало его – жизнь продолжается. Дело ведь не только в глазах – дело еще в чувстве юмора и в сердце. Джейк подумал о том, что сказал отец. Он знал, что мать все еще живет в нем. И в его сыне. Он чувствовал ее, видел ее. Любовь не заканчивается вместе с жизнью – не эту ли истину он все время искал?

— Па-а-ап! Папа! Пора идти! Пора! – закричал Билли и побежал к нему со всех ног, опустив голову, выбрасывая ноги в стороны и таща за руку Лентяйку Сплин.

Джейк утер следы слез.

— Иду, Билли! – крикнул он.

Поппи проснулась в четверть восьмого, вместе с рассветом. Она встала, надела золотое змеиное кольцо сестры и натянула через голову свое новое красное платье. Вчера вечером у Джетты со Стефаном была вечеринка с барбекю, они допоздна сидели на улице, и теперь, когда Поппи спустилась босиком вниз, по пустым бутылкам в кухне – не говоря уже о головной боли – ей было очевидно, что они, похоже, перепили.

Поппи написала Джетте и Стефану благодарственное письмо на обратной стороне конверта, оставила его на кухонном столе и ушла. Она прошла вдоль канала, потом зашагала по улицам Северо-восточного Лондона. Прогулка ее очень освежила. Субботним утром большинство людей еще спало. Поппи подпевала плейлисту, который составила в Девоне и назвала «Бурные моменты» – в честь песни Джесси Уэр, которую они с Маргаритой считали «своей». В Ньюингтон-Грин она купила пионы у цветочника, который только что открыл ставни своего магазина.

В квартире сестры было тихо. Поппи повесила пальто на пустой крючок в коридоре. В кухне она включила свет и увидела на столе ключ Джейка.

— Ну ладно, он уехал, – сказала она, выдыхая. Поппи сняла с пионов коричневую бумагу, в которую они были завернуты, достала стеклянную вазу с верхней полки над раковиной и наполнила ее водой из крана, а потом принялась менять пионы в вазе местами, пока не получилась композиция, которая ей понравилась. – Не за что. Я решила, тебе будет приятно, – произнесла Поппи, поднеся вазу к спальне Маргариты и открыв дверь.