Книга Нешуточная любовь, страница 17 – Бетти Коррелло

Челюсть сжалась сама собой.

— Замерщик был для всех.

Эдди сложил руки на груди с точно таким же выражением лица, что и у меня. А тут и молекулярный уровень вступил в дело.

— Да ладно, наверняка ты тоже помнишь обо мне что-то нелестное.

Это что, вызов? Вопиющий и наглый? Неужто умудренный возрастом Эдди готов был продолжить с того, на чем мы остановились?

Я приготовилась к бою.

— Да так, только твои сто шестьдесят сантиметров роста.

— Ого. – Усмехнувшись, он забросил на плечо грязное полотенце и медленно отступил. – Даже такую мелочь запомнила.

Вот сволочь.

Стоило ему отвернуться, как я схватилась за телефон.

«Я умираю», – написала я Сэм. Потом осознала, что именно ляпнула, и вдогонку отправила: «Не прямо по-настоящему умираю. Прости. Я тут просто наткнулась на Эдди Родригеса??? Он в баре работает???»

На экране высветились три точки.

«Лол».

Чего она ржет?

«Крепись, Дель, – написала Сэм, будто прочла мои мысли, – он его владелец».

Я ахнула. Сидящий рядом мужчина зыркнул на меня из-за бокала «Юнглинга». Чего это я разахалась? Никогда такого не было.

— Так чего тебе, виски или колу? – Я вздрогнула и убрала телефон. Эдди смотрел на меня, опираясь о барную стойку широкими ладонями, что только подчеркивало его крепкие руки. Даже не знаю, чего мне хотелось больше: написать его портрет или послать в жопу.

— Виски, – запоздало ответила я. – Или колу. Колу с виски. Виски с колой?

Теперь-то стало понятно, откуда взялась сцена, карибские флаги, внимание к деталям и целенаправленно созданная уютная атмосфера. Сначала кропотливо обклеиваешь шкафчик плакатами любимых групп, потом бар обустраиваешь. От «Бильярда» за километр пахло Эдди Родригесом.

«Владелец!!!!!!!» – написала я Сэм.

Официантка с пышным кудрявым хвостом постучала Эдди по плечу трубкой стационарного телефона.

— Мамская драма на проводе, – заявила она.

— Не сейчас, Челс, – прорычал он, возвращаясь ко мне со стаканом, который поставил на салфетку, но придержал. – Ты разве не в Нью-Йорке живешь?

Я вздрогнула от его тона.

— Эм, ну да.

— Но все равно в Эвергрин приехала?

— Очень наблюдательно с твоей стороны. – Я протянула руку к стакану, надеясь, что Эдди выпустит его из своей стальной хватки. – Ничего-то от тебя не укроется.

Эдди сухо хохотнул и скользнул языком по губам – голодный питон, оценивающий добычу.

— Комиком, говорят, стала?

Сердце подпрыгнуло и застряло в горле.

— Кто говорит?

Уверенность пропала из его взгляда. Он захлопал длинными ресницами, открывая и закрывая рот, будто надеялся, что слова придут сами собой, если он сделает вид, что разговаривает. Я потянулась к стакану, но он схватил его и забрал.

Я склонила голову набок и раздраженно выдохнула.

— В чем дело?

— Да ни в чем, – пожал он плечами, хотя пальцы на стакане побелели. – Я просто думал, что ты не планируешь возвращаться. Как ты Эвергрин назвала? Дырой?

В груди всколыхнулся гнев. Все-то он помнил.

— Мне можно к семье съездить или вы с советом старейшин запрет на чужаков наложили?

— Ха. – По его скулам заходили желваки. – Ты прямо как Ленни Брюс^[12].

Ленни Брюс? Да как у него только язык повернулся! По шее поднялся жар, заползая на щеки. Пульс участился.

— Ты закончил? У меня дела есть вообще-то.

— Закончил, – повторил он с холодным смешком. – Да. Я закончил. – И с этими словами он подтолкнул стакан в мою сторону.