Книга Заманчивое предложение, страница 98 – Джесса Уайлдер

— Что случилось? Я сделал что-то не так?

Она качает головой, и жгучие слезы застилают ее взор.

— Мисти, прошу, скажи, что произошло.

Я ощупываю ее в поисках видимых физических повреждений. Это дается мне с трудом – мокрая ткань платья прилипла к ее коже, создавая барьер. Истерика Мисти нарастает все сильнее, она плачет навзрыд.

— Я… я не могу дышать, – говорит она так тихо, что я едва слышу слова, но ее руки, надрывающие лиф платья, выдают истинное состояние.

Через несколько секунд я освобождаю ее от душащей слипшейся ткани. Она жадно вдыхает воздух.

Я обнимаю ее за талию, притягиваю к своей груди и нежно целую в макушку. Я буквально ненавижу себя за беспомощность, за то, что не знаю, что случилось. Но не хочу давить на нее в таком состоянии.

Медленно проводя рукой вверх и вниз по ее спине, я пытаюсь успокоить девушку, но замираю, когда пальцы касаются твердых, рельефных рубцов.

Опускаю взгляд вниз и безошибочно определяю два глубоких шрама, чистые, четкие линии которых можно вырезать только ножом.

Понимая, что я открыл ее секрет, Мисти замирает. Вот что она скрывала. Вот что я не должен был видеть.

Ярость застилает мои глаза, окрашивая мир в красные цвета. Тот, кто посмел прикоснуться к ней, заплатит за это. Боль пронзает мою грудь от ужаса, написанного на ее лице. Позже у меня будет время выследить этого ублюдка. Сейчас же все, что имеет значение, – это моя девочка.

Я мягко касаюсь ее подбородка и, приподнимая лицо, прижимаюсь к ней лбом.

— Я тут, с тобой. И всегда буду рядом, – шепчу я.

У нее перехватывает дыхание. На несколько секунд она полностью замолкает, будто обдумывая что-то, а затем нерешительно откашливается и говорит:

— Это было давно. Много лет назад… – Я слышу неприкрытую боль в ее голосе. – Нужно было бы отпустить и жить дальше…

Ее слова откликаются в моей душе, и я тоже вспоминаю некие детали своего травматичного прошлого, которое все еще является ко мне в кошмарах. В этом случае есть только одна вещь, которую я знаю наверняка:

— Прошлое не так-то просто отпустить. И нет никаких гарантий, что оно отпустит тебя. Ты не должна себя в этом винить.

Мисти то ли фыркает, то ли смеется, подвергая сомнению мои слова:

— Он был там сегодня.

Моя душа словно упала в пятки. Почему-то мне вдруг подумалось, что она все же имеет в виду меня. Если так, этот страх и отвращение в ее глазах действительно предназначены мне.

— Кто был?

— Томас.

Это имя мне ни о чем не говорит. Хотя тот факт, что он был в списке гостей сегодня вечером, уже сужает круг подозреваемых.

Я терпеливо жду, когда Мисти вновь заговорит.

— Он… изнасиловал меня, – отрывисто произносит она, и боль в ее голосе отзывается во мне судорогой.

— Я убью его.

— У его семьи большие связи.

Я едва ли удерживаюсь от мрачного смешка:

— Поверь, это не проблема.

— Иногда я не понимаю, шутишь ты или нет, – говорит Мисти.

Я аккуратно касаюсь ее губ своими, а затем отстраняюсь.

— Я никогда не шучу.

— Возможно, это плохо, но мне это и нравится в тебе.

— Видишь, твоя тьма тянется к моей.

Ее взгляд смягчается. Я провожу большим пальцем по ее нижней губе:

— Давай-ка мы вытащим тебя отсюда.

— Хорошо, – шепчет она.

Мокрое платье с глухим звуком падает на пол, когда я поднимаю Мисти на руки и несу в комнату.