Книга Заманчивое предложение, страница 96 – Джесса Уайлдер

– Я не готова. – Вновь отталкиваю его, на этот раз достаточно сильно, чтобы он отпрянул назад.

Он заглядывает мне в глаза, и я вижу, как его взгляд темнеет.

– Ты чертова искусительница, ты в курсе? – шипит он, хватая меня за плечо одной рукой и прижимая к стене, в то время как другой высвобождается из моей хватки и задирает юбку выше бедер. – Ну и как я могу поверить, что ты не хочешь меня?

– Отпусти! Пожалуйста! – Я удерживаю его за воротник рубашки. Ткань натягивается, и воздух наполняется звуком отрывающихся пуговиц.

– Сука.

Звонкий хлопок тут же превращается в острую боль, застывшую на моей щеке. Пощечина Томаса больше напоминает боксерский удар.

Моя челюсть тут же немеет, а мир вокруг начинают кружиться в бешеном ритме так, что я даже не могу разобрать его слов.

– Ты все поняла?

Его пальцы уже нащупывают ткань моего нижнего белья. Меня начинает тошнить от его прикосновений.

– Прекрати, – отчаявшись, ударяю его в грудь.

– Думаешь, я не вижу, как ты дразнишь меня, Мисти? Твои родители хотят этого. Они подсунули тебя, чтобы ты использовала меня, так?

– Я ничего не хочу. – К горлу подступает желчь, а глаза обжигают слезы.

Он разрывает белье по швам, и оно падает на пол, лишая меня последней защиты.

– Поздно, теперь я хочу тебя, дорогая.

Паника охватывает меня, разгоняя адреналин по венам. Я хочу закричать, закрыться от происходящего, узнать, что все это неправда, этого просто не может быть. Это несправедливо, жестоко, ужасно. Но… это происходит со мной.

Одна мысль сильнее других стучит у меня в висках. Я не должна облегчать ему задачу. Я должна бороться. Борись, Мисти.

Я впиваюсь ногтями в его шею, притягиваю его к себе и одновременно надавливаю коленом на его пах. Томас издает страдальческий стон и снова толкает меня назад, я с силой ударяюсь головой о стену. В глазах темнеет, но страх берет верх.

– Не прикасайся ко мне. – Лбом я ударяю его по носу, горячая кровь брызжет мне на лицо.

– Ты – гребаная сука. – Любые остатки его здравого смысла улетучиваются вместе с маской самоуверенности.

Он с силой тянет меня за волосы и бросает оземь. Мои ладони и колени саднят от жесткого приземления.

Я не успеваю встать, даже перевернуться на спину. Томас верхом садится на мои бедра сзади, впиваясь пальцами в поясницу. Я стараюсь вырваться и бороться с его хваткой.

Но вдруг что-то острое впивается мне в шею, и я замираю от боли.

– Знаешь, что это?

Он гладит меня по затылку, а затем легко разрезает рубашку на спине, мгновенно обнажая меня до пояса.

Нет. Нет. Нет. О черт. Я подарила ему нож-бабочку на Рождество. Это было единственное, что он хотел и что я могла себе позволить. Я даже выгравировала его имя на рукояти. И теперь лезвие, которое я сама же выбрала, впивается мне в позвоночник.

– Прошу тебя. – Я отчаянно молю, захлебываясь своей же истерикой.

– Черт, видишь, ты сама просишь меня об этом. – Звук расстегивающейся молнии надламывает что-то во мне.

Пока он отвлекся, у меня есть шанс. Я не позволю ему сделать это со мной. Я вырываюсь и ползу на животе вперед по гладкой плитке. Проходит несколько мгновений, и его нож вонзается мне в поясницу, оставляя глубокий горизонтальный порез.

Томас оттаскивает меня назад к себе.

– Видишь, дорогая, на что ты меня спровоцировала.